Запись в «копье» прошла на удивление гладко. Похоже, время Гаттемалату и впрямь поджимало и в «свободный отряд» брали всех подряд, лишь бы «копье» находилось в полном составе из трех человек и имело подходящее вооружение.
Естественно, Андреа Гатари стал capolancia – первым латником, командиром своего маленького подразделения, ведь львиная доля денег на покупку лошадей и снаряжение была из его кошелька. Федериго Корнаро стал piatto – оруженосцем, а счастливый Чезаре принялся ревностно исполнять обязанности пажа.
Он неплохо владел дубинкой и пращой (с которой браконьерствовал в охотничьих владениях герцога, за что лесники едва не вздернули его на первом попавшееся суку), но конечно же принимать участие в кровопролитных схватках у него не было ни малейшего желания.
Срок службы в «вольном отряде» еще век назад составлял три-четыре месяца, но Андреа со своим «копьем» заключили кондотту на полгода; так теперь было принято. Часть жалованья им выдали авансом, что изрядно порадовало Гатари и Федериго, а в особенности обжору Чезаре.
Он сильно затосковал, когда увидел, что кошелек его хозяина стал похож на вымя выдоенной козы, и ему пришлось перебиваться с хлеба на воду. А уж о добром вине можно было только мечтать.
Но Андреа больше привлекала перспектива, ведь за подвиг не только кондотьер, но и любой член «копья» мог получить награду, например, серебряный шлем, приличную пенсию или даже дворец. Такие случаи бывали, тем более что Андреа вознамерился в будущем стать капитаном и набрать свой «вольный отряд», благо считал себя сильным воином.
О молодость с ее глупыми мечтаниями! Они нередко разбиваются о подводные камни обстоятельств при столкновении с прозаической действительностью, – как галера, которая подошла слишком близко к берегу и напоролась на рифы.
Андреа с его «копьем» сразу же бросили в полымя одного из самых кровопролитных сражений, которое случилось 2 июня 1424 года при Аквиле. Оно положило конец очередной войне между двумя враждующими кланами Неаполитанского королевства: королевы Джованны, которую поддерживал папа Мартин V, и короля Альфонса.
Городок Аквила был осажден войсками Браччо да Монтоне, у которого было пятнадцать эскадронов. Против него стояли войска Аттендоло Сфорца, одного из лучших кондотьеров Италии. И они были более многочисленны.
Под пятым номером в весьма скромной по численности армии да Монтоне значился эскадрон Гаттамелаты. У него числилось около полутора тысяч «копий» против почти трех с половиной тысяч «копий» Атендоло Сфорцы. Помимо этого у Браччо было еще двести «копий» и триста арбалетчиков, которые сопровождали обоз и охраняли знамя генерала-кондотьера – черный баран на желтом поле.
Небольшая армия Браччо, разделенная на несколько подразделений, постоянно сменяющих друг друга, целый день изматывала противника. А под вечер да Монтоне, собрав все свои эскадроны в один кулак, обрушился на врага. Победа вышла полной. Малатеста, генеральный капитан войск папы, попал в плен вместе с тремя тысячами солдат и был казнен. Браччо сделал ставку на своих немногочисленных, но дисциплинированных кавалеристов, и выиграл битву.
Но следующий день принес одни огорчения. Пока Браччо сражался со свежими войсками противника, которые подошли к Аквиле ранним утром, пятьсот аквиланцев вышли из осажденного города и ударили ему в тыл.
Разгром был ужасный. Раненый Браччо да Монтоне, которому на тот час как раз исполнилось пятьдесят шесть лет, попал в плен вместе с большинством своих соратников и спустя несколько дней умер под пытками.
Что касается Андреа, то его «копье» спаслось от верной гибели благодаря хитрецу Чезаре, которому совсем не хотелось погибнуть, во-первых, голодным, а во-вторых, почем зря, потому как полностью жалованье им так и не заплатили.
Он все разведал, и когда пришла пора давать деру, посоветовал прорываться в замок Паганика вместе с «копьями» кондотьера Пиччинино, который был еще тот хитрец и вполне мог дать фору самому Гаттемалате.
План Чезаре, за неимением лучшего, показался Андреа Гатари вполне приемлемым, так как «копья» Эразмо да Нарни были размазаны по всему фронту и собрать их в кулак не представлялось возможным.
И Андреа последовал совету слуги.
Каким же было его удивление, когда оказалось, что в замке находится казна, где хранилось около семидесяти тысяч дукатов! Как пройдоха Чезаре это проведал, одному Богу известно.
Поскольку превосходящие силы врага уже приближались к замку, а ценности ни в коем случае не должны были попасть в загребущие руки Аттендоло Сфорцы, спрятавшиеся в замке немногочисленные латники, среди которых было и «копье» Андреа Гатари, взломали замок на дверях сокровищницы, набили походные сумки доверху золотыми монетами и под покровом темноты исчезли в неизвестном направлении…
