– Миссис Макгилликадди, я должен сообщить вам кое-что еще. Алекса Плесснера сегодня утром нашли мертвым в квартире Стивена.
В трубке раздался тихий стон. Звук, издаваемый человеком, который много повидал на своем веку. А сейчас увидел слишком много.
Арман дал ей время на осознание этой новости.
– Что там происходит? – прошептала она в Монреале.
– Я пытаюсь это выяснить. Всю его квартиру перевернули вверх дном. Искали там что-то.
– Что?
– Не знаю. Наверное, какую-то улику, найденную Стивеном и Плесснером. В кармане Алекса Плесснера нашли визитку Стивена…
– Ну, это не удиви… – прервала она его. И тут же прервала саму себя. – Вы хотите сказать… Нет, это невозможно.
– Что невозможно?
– Вы хотите мне сказать, что мистер Горовиц дал ему визитку ЭМНП?
– Да.
– Невероятно. Вы знаете, что может эта визитка? Любой владелец такой визитки может пользоваться банковскими счетами мистера Горовица, его банковскими ячейками. Насколько мне известно, мистер Горовиц дал эти карточки только трем людям. Вам, мне и вашей бабушке.
– Зоре?
– Да.
– Зоре? – повторил Арман. – Вы уверены?
– Я присутствовала при этом. Он меня специально пригласил.
– На похоронах моих родителей?
– Нет. Когда вы уезжали в Кембридж. Он думал, что когда-нибудь ей может понадобиться друг. Он предлагал ей дружбу.
– Она его ненавидела.
– Да. Но это не значит, что и он ее ненавидел.
Арман обдумал это. Может быть, карточка, которую они нашли у Плесснера, принадлежала Зоре? Но нет, Зора умерла уже лет двадцать назад. А карточка мистера Плесснера гораздо новее. Плотная, крепкая. У Зоры была, вероятно, старая, более тонкая.
Что же стало с карточкой Зоры? Может быть, его бабушка не поняла важности, значения того, что предлагал ей Стивен, и выбросила ее?
– Вы бы узнали, если бы мистер Плесснер воспользовался своей карточкой?
Миссис Макгилликадди задумалась:
– Если бы он воспользовался ею, чтобы получить доступ к одному из счетов мистера Горовица, к одному из его домов или бизнесов, – да. Но вы знаете, эта карточка может использоваться и во многих других обстоятельствах. В мире международного бизнеса она что-то типа волшебной палочки.
Какое точное определение, подумал Арман. Именно такова и была карточка Этого Мерзкого Нищего Поца. Она была сродни дорожному документу, какой выдавали в старину правители или деспоты как гарантию безопасного проезда.
В международном бизнес-сообществе карточка ЭМНП Стивена Горовица стала легендой. Мифом.
– Значит, вам неизвестно, пользовался ли ею мистер Плесснер?
– Нет, неизвестно.
– И ваша сейчас при вас?
– Конечно.
– У меня есть коллега. Изабель Лакост. В настоящий момент она – действующий глава отдела по расследованию убийств Квебекской полиции. Ей потребуется попасть в дом Стивена и в его рабочий кабинет. Проверить его банковские ячейки, чтобы убедиться, что их не открывали в последние дни, и просмотреть их.
– Пусть она позвонит мне. Я все сделаю.
– Если ей понадобится карточка ЭМНП, вы можете дать ей свою?
– Нет.
– Нет?
– Мистер Горовиц доверил ее мне. Я помогу вашей коллеге сделать все, что нужно, но я должна присутствовать, когда она будет пользоваться карточкой.
– Договорились. И еще кое-что, о чем я должен вас попросить, – сказал Арман.
– Пожалуйста. Что угодно.
– В ежедневнике Стивена я нашел клочок бумаги, – сказал Арман. – С датами, которые, судя по всему, имеют отношение к месье Плесснеру. Мне интересно, не даты ли это встреч между ними, либо с глазу на глаз, либо по телефону. Если я перешлю вам по электронной почте копию этой бумажки, вы сможете сверить ее со старыми ежедневниками Стивена? Посмотреть, чем он был занят в те дни? Давность некоторых – несколько лет.
– Да, смогу.
Арман помолчал, прежде чем снова заговорить:
– Вам не приходит в голову, кто бы мог желать смерти Стивену?
– Ну, тут можно целый том исписать.
Арман издал смешок:
– Верно. Merci, миссис Макгилликадди.
– Вы дадите мне знать…
– Непременно.
– Я не хотела в чем-то винить вас, Арман. Просто…
– Oui. Да, я понимаю.
Выходя из квартиры, Рейн-Мари посмотрела на часы – они показывали два. У нее оставался час на то, чтобы сделать задуманное, а потом вовремя прийти к Даниелю и Розлин на встречу с комиссаром Фонтен.
Она быстро прошла по улице Архивов, остановилась, чтобы отдать одежду в химчистку, и двинулась дальше.
Как же изменился этот район с тех пор, как Зора купила себе здесь квартиру в семидесятых!
Как бы сильно Рейн-Мари ни любила историю, у нее не было желания жить в ней. Городу, quartier[53], улице, человеку необходимо развиваться. Впрочем, тот факт, что она ступает здесь по следам Зоры, всегда ласкал ее душу. Она повторяла маршрут, которым старушка ходила чуть ли не каждый день ее жизни в Париже. Как до, так и после войны Зора выбирала эти тротуары, шагая со своей привычной хозяйственной сеткой, чтобы купить кошерную кулинарию, мясо, выпечку, зайти к белошвейке и наконец заглянуть на Bazar de l’Hôtel de Ville, или БХВ. Этот громадный универмаг на улице Риволи в том или ином виде стоял на своем месте с середины 1850-х.
Рейн-Мари поднялась по ступенькам универмага.
