Оленины оставалось еще вдоволь, но наутро Айнери вновь отправилась на охоту просто ради удовольствия. На этот раз она добыла несколько перепелок и приготовила их с грибами на обед. Ей помогал Дин, оказавшийся неплохим поваром, хотя несколько раз они чуть не подрались из-за того, какую приправу класть сначала.
Ночи она проводила рядом с Йорэном. Вздрагивала и просыпалась, даже если просто менялся ритм его дыхания. А уж если он шевелился, буквально подскакивала, но это были лишь непроизвольные движения во сне. Она вглядывалась в его силуэт, едва заметный в слабом свете луны, звала по имени, осторожно касалась лица, гладила густые волосы. Он не слышал, не замечал. Иногда она шепотом говорила с ним, надеясь, что звук ее голоса поможет ему:
– Знаешь, я все думаю об Артане и Виарене. Помнишь вечер, когда мы сидели на крыльце? Помнишь песню о том, как Виарена пошла искать любимого? Я и подумать не могла, что мне тоже придется отправиться в путь, но я не могла иначе… Понимаешь? В гибели Этайна есть и моя вина, но я просто не могла позволить тебе умереть. Про нас не напишут таких же прекрасных песен, но этого и не нужно. Лишь бы только ты очнулся…
И все же она пропустила миг, когда он пришел в себя.
– Что… что случилось? Айнери? Не могу подняться… как?.. Я жив?
После чуткой ночной дремы под утро третьего дня ее сморил настоящий глубокий сон. Он не желал отпускать, смешивал сновидения и мысли, мечты и желания, вплетая в эти видения голос, доносившийся из реальности, делая его частью грез.
– Айнери!
С усилием она открыла глаза и резко проснулась. Дрожь прошла по телу, словно ее окатили холодной водой. Йорэн глубоко вдохнул и закашлялся. Она склонилась над ним, успокаивающим жестом положив руки ему на плечи.
– Лежи, все хорошо. Как себя чувствуешь?
– Что вообще… погоди, а Лоэн?
Айнери неодобрительно покачала головой.
– В порядке твой полуэльф. Ты о чем-нибудь другом вообще думаешь? Знаешь, сколько ты тут пролежал? Спросил бы лучше, чем я все это время занималась. Впрочем, это длинная история, а тебя не стоит утомлять. Пить хочешь?
Она потянулась к графину с водой, наполнила кружку, помогла ему приподнять голову. Пил Йорэн жадно, почти захлебываясь.
– Еще?
Вторую кружку он выпил спокойней и вновь опустил голову на подушку с умиротворенным видом.
Айнери прилегла возле, обняла, прижалась щекой к груди. Глаза ее наполнились слезами.
– Я так рада, что ты вернулся!
– А я рад, что ты здесь.
Он обнял ее в ответ, и ее охватила дрожь, кожа покрылась мурашками. Как же она скучала по его рукам!.. Она сжала его ладонь в своей и медленно поцеловала дрогнувшие пальцы своего Артана.
– Обними меня крепче… – прошептала она, в этот миг ничуть не боясь показаться слабой.
Антер с наслаждением вдохнул запах леса. Ему нравилось выбираться из душного Виарена, с его тесными улочками, но служба в королевской страже позволяла это не так часто. И вот наконец наступил его черед сопровождать короля, да не просто на прогулке, а в долгой деловой поездке. Риолен отправлялся в Сехавию.
Литен, приятель Антера, напротив, ехал рядом с угрюмым и недовольным видом. Вот кто был истинно городским жителем и терпеть не мог подобные вылазки. Обычно ему удавалось уговорить кого-то поехать вместо него, но тут, видать, пришлось. То ли совсем желающих не нашлось, то ли Литен окончательно проигрался в кости и ничего не смог предложить за такую подмену. Ленивый, вечно брюзжащий, падкий на азартные игры, при всем этом он был умелым бойцом. Один взгляд на его массивную фигуру внушал спокойствие: на такого напарника можно положиться. Впрочем, кого попало Риолен бы с собой и не потащил.
Сейчас, конечно, опасаться некого: разбойники сунуться не рискнут, а другой опасности в этих местах отродясь не бывало. Далековато от любых границ. А вот когда до Сехавии доберутся, там чего угодно можно ожидать, и боец вроде Литена точно не помешает.
