Едва не сорвавшись, Айзек вскарабкался еще выше, чтобы оказаться вне непосредственной опасности. Слово
Айзек постарался устроиться удобнее, не обращая внимания на муравьев, курсировавших по его рукам, словно по их личной территории. План заключался в том, чтобы спрятаться только на то время, что Пэбави рыскает поблизости, и дать ему уйти, а потом снова бежать. Но теперь Айзек понял, что даже если опять попадется похитителю, то не сдастся без борьбы. Он больше не вернется в ту тюрьму. Несколько раз он менял позицию на дереве, высматривая Пэбави. Долго ждать ему не пришлось.
Алисса ходила взад-вперед, иногда останавливаясь у окна и вглядываясь в темноту.
Айзек пропал в среду. Сейчас был вечер пятницы. Никто в семье не спал больше часа подряд, и всякий раз, засыпая, они просыпались в поту от того, что провалились в сон, пока Айзеку грозит опасность. Беспокоясь за здоровье своей матери, Брок настоял, чтобы Мейбл поехала домой и отдохнула. После спора, занявшего не меньше четверти часа, она сдалась, пообещав вернуться на следующее утро. Мейбл уехала от них минут тридцать назад.
Брок, Холли и Мейбл, при помощи Лиз и даже Руби, весь четверг печатали листовки и ездили по городу, расклеивая их на фонарных столбах и витринах магазинов. Хотя помогать Корду не позволили, он наблюдал за тем, как офицеры Александер и Финли обыскивают пустующий дом Целлеров. Однако кроме смятого ковра, по которому прошел Хантер Дженкинс, и отсоединенного кабеля гаражной двери не было никаких следов его присутствия там – даже фантика от жвачки.
В сотый раз Алисса пожелала, чтобы Мейбл купила тот дом. Что угодно было бы лучше, чем похищение ее сына. Каждый раз, когда у нее перед глазами вставали снимки с безжизненным телом Тимми, она отгоняла их от себя. Алисса отказывалась верить, что лишилась сына тем же образом, что и брата. Она отыщет его.
Хэл приехал составить ей компанию – по крайней мере, так он сказал. На самом деле он сел в свой специальный минивэн и явился к ним, чтобы помешать Алиссе ворваться в дом Целлеров. Но Хэл хотя бы не пытался утешать ее, говоря, что все будет хорошо.
Он даже помог Алиссе связаться с прессой и организовал то интервью перед их домом. Она прижала ладонь к груди, вспоминая, как смотрела в камеру и молилась, чтобы сын увидел ее. Она пообещала –
По щекам у нее побежали слезы, и она утерла их рукавом, продолжая ходить туда-сюда. Хотела щелкнуть резинкой по запястью, но вспомнила, что та порвалась, а новую она не надела. Алисса сунула в рот большой палец и начала грызть ноготь.
Ей нужно было больше. Нужно было
Алисса хотела, чтобы он вернулся домой, хотела обнять его так, чтобы перехватило дыхание.
Протаптывая дорожку на ковре, она торговалась с Богом. «Господи, если ты вернешь его домой целым и невредимым, клянусь, я буду каждое воскресенье ходить в церковь. Всю семью заставлю ходить». Или: «Господи, если ты вернешь его к нам, я на каждый День благодарения буду помогать раздавать бездомным бесплатный суп».
Когда Айзек не ворвался в двери после ее разговора с Богом, она прокляла того за бездушие. «Неужели моего брата недостаточно? Тебе понадобился еще и мой сын?»
Была уже пятница. Корд звонил двадцать минут назад сообщить, как движется дело. Они все еще не нащупали ниточку, которая могла бы указать на местоположение Хантера Дженкинса. Не отследили его машину. Алиссе снова захотелось запустить телефоном в стену. Почему они не могут отыскать этого человека?
Брок с Холли были на кухне, и она поглядела в ту сторону, внезапно осознав, что где-то между средой и пятницей они с дочерью поменялись ролями. Холли стала утешительницей и оплотом спокойствия. Алисса понимала, что это неправильно, что это она должна утешать остальных и оказывать им поддержку. Но она не могла. Чувство вины поглотило ее с головой. Она подвела Тимми, и он погиб; она не присмотрелась к Хантеру Дженкинсу на съемке с камеры наблюдения, и погибла Калли Маккормик, а может, и другие. Из-за того что она так усердствовала на работе, похитили ее сына – вполне возможно, это сделал серийный убийца…
Боль в груди при этой мысли усилилась в несколько раз, и Алисса перегнулась пополам, ловя ртом воздух. Она должна была защитить Тимми. Защитить своего сына.
Нет, Айзек
