Все его милые девочки полностью

– Детектив, ваш сын сказал мне, что вы работаете в участке на пересечении Четвертой и Рома, – заявил он, задрав одну бровь. – Вам нельзя находиться здесь, пока мы опрашиваем свидетеля по делу о похищении вашего сына.

– Я просто хотела его поблагодарить, – повторила Алисса.

Корд подошел ближе и пожал Сандовалю руку.

– Сэр, разрешите мне глянуть на описание подозреваемого? Он может быть связан с другим делом, – попросил он.

Текс вмешался, как будто вопрос задали ему:

– Было темно, и все случилось очень быстро. Я немного испугался, сами понимаете. Если честно, я вообще не хотел останавливаться. Сколько ходит историй о том, как людей обманывают, притворяясь жертвами, и те попадают в ловушку…

Сандоваль остановил его и посмотрел на Алиссу. Она еще раз поблагодарила Текса Риверса и отошла, прислушиваясь к его словам, обращенным к Корду.

– Он был невысокий, ниже меня, – говорил Текс. – Во мне метр восемьдесят, а он, похоже, поменьше. Но телосложение крепкое. Грудь как бочонок – я бы сказал, как у военного или полицейского. Массивная, если можно так выразиться. Волосы коротко подстрижены, но не по-армейски. Как у бизнесмена.

– Старый, молодой, средних лет? – донесся до Алиссы вопрос Корда, и она подумала, ощутили ли остальные сквозящее в нем напряжение.

– Трудно сказать. Может быть, и то, и другое, и третье, но если хотите, чтобы я предположил, то скорее средних лет.

– Усы, борода, шрамы – заметили что-нибудь? – спросил Корд, и Алисса удивилась, что Сандоваль позволил ему перехватить инициативу. Но поскольку Корд не был членом семьи и действительно вел расследование по этому делу, она решила, что все в порядке.

– Не-а, извините. Ничего не заметил, и потом, как я уже говорил, там было темно хоть глаз коли, и все произошло очень быстро.

Алисса подгоняла время, считая минуты до того, как Брок вернулся с Айзеком. Когда она увидела, как сын хромает и морщится от боли при каждом шаге, то еще раз решила попытаться его уговорить поехать в госпиталь.

– Родной, у тебя по-прежнему температура, ты весь в синяках, и твои раны надо осмотреть. – Она указала взглядом на его запястья.

Айзек снова затрясся всем телом и покачал головой. Слезы водопадом хлынули у него из глаз. К нему подскочила сестра:

– Братишка, мы все время будем с тобой.

Он продолжал мотать головой.

– Они поведут меня на рентген, а вас со мной не пустят.

Алисса понимала, каких нервов будет ему стоить визит в госпиталь. Она повернулась к Корду, который уже шел к ним, услышав конец разговора. Чтобы Айзек не испугался его внезапного появления, тот тронул его за плечо и только потом сказал:

– Слушай, парень, ты же в курсе, что я женат на горячей медсестре, да? Договоримся так: сегодня ты не поедешь в госпиталь, но мы позовем Сару тебя осмотреть. Думаю, это всех устроит.

Айзек вздохнул с облегчением, поняв, что сегодня в госпиталь ехать не придется.

– Ладно, давайте, – согласился он.

Корд извинился и пошел звонить жене. Полчаса спустя та влетела в участок и обняла Алиссу, Брока, Холли и Айзека.

– Прежде чем я начну, – сказала она, – вопрос: полиция уже сфотографировала его повреждения?

Все кивнули, и Сара объяснила:

– Я так и думала, но все равно должна была уточнить. – Повернувшись к Айзеку, мягко спросила: – Готов начинать? – Потом печально улыбнулась, когда тот буркнул «да», и начала проверять, нет ли у него травм, требующих немедленного вмешательства. Закончив, сказала: – Должна вам всем напомнить, что я не врач и Айзеку завтра с утра обязательно надо побывать на приеме, чтобы ему осмотрели запястье и лодыжку – для начала. Конечно, лучше было бы сделать это сейчас…

Айзек запротестовал, но Сара его перебила:

– Я не могу вас принуждать, просто рекомендую. Судя по гематоме у тебя на боку, несколько ребер треснули или сломаны. Дышать, наверное, очень больно, да?

Айзек кивнул.

– Раньше ты этого не заметил из-за всплеска адреналина. Но сейчас начинаешь чувствовать, а утром ощутишь в полной мере. В госпитале тебе смогут дать обезболивающее, которое поможет заснуть.

– Мам, пап, пожалуйста! Обещаю, завтра я поеду. Но сейчас я хочу домой. Очень вас прошу! – воскликнул Айзек, и голос у него сорвался. Слезы на его глазах и дрожь во всем теле победили здравый смысл, и Алисса капитулировала, сначала переглянувшись с Броком, который едва заметно кивнул ей.

По пути домой все молчали, и Алисса пыталась на время отвлечься от той информации, которую узнала в участке, но единственное, чего она добилась, – это бесконечного проигрывания у себя в голове кошмаров, которые пережил ее сын, и деталей его невероятного побега. Она не могла не думать о том, что могло – даже должно было – пойти не так.

К моменту, когда они наконец въехали в гараж и вошли в дом, было уже два часа ночи, и вся семья валилась с ног, но они боялись выпускать друг друга из виду. Алисса, обняв Айзека, сказала:

– Я знаю, это прозвучит глупо и по-мамски, но, думаю, я буду лучше спать, если ты оставишь свою дверь открытой.

Брок вмешался, поняв, что она задумала:

– Если честно, и мне так было бы спокойнее.

– И мне, – подхватила Холли.