- Мы прибыли в порт. Приказ капитана. Не заставляйте меня применять силу, - ответил альфа.
- Он не принял мое предложение? - очень спокойно спросил Эдмунд, поднимаясь на ноги.
Внутри все вскипело, загорелось огнем ярости. Страшной, сметающей все на своем пути. Омега неглубоко дышал, стараясь сдержать крик, рвущийся из груди. Парень сцепил зубы и сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев.
- Вас он не продает, - сказал альфа, связывая пленникам руки.
Эдмунд промолчал. Ему было достаточно того, что этот мерзавец продает его людей. А он ничего не может с этим сделать! Ощущение жуткой беспомощности накатило волной на все его существо, концентрируя зародившуюся жгучую ненависть к капитану головорезов.
Он их продает! Продает!
Эта мысль билась в мозгу, ударяясь о стенки черепной коробки. Этот головорез продает свободных людей, а их зачем-то оставляет. Зачем? Почему не продать всех сразу?
Пандар несильно толкнул пленников на кровать, чтобы те сели. Сам сел на пыльный пол в углу. Он сидел там, не шевелясь, все то время, пока находился в каюте. Эдмунд сидел на кровати, низко опустив голову, чтобы волосы скрыли ту гримасу боли и отчаяния, которая, казалось, теперь навечно застыла на прекрасном лице. Невыносима была сама мысль, что людей, к которым он привязался, вот так продадут. Как диких зверей.
Чувствуя близкие слезы, Эдмунд до крови прикусил губу, ощущая странный привкус на языке. Такого унижения, как истерика с всхлипываниями и завываниями перед сидящим на полу пиратом, он просто не вынесет. И не собирается доставлять пиратам, которые выгоняют пленников по коридору на палубу, а оттуда на землю, этого удовольствия. Нет. Ни за что.
Вдруг где-то близко раздался голос, от которого омега вздрогнул всем телом.
- Мы вас найдем, господин! - во всю глотку проорал Мармосет. Его тут же сильно ударили, и он едва не упал.
Эдмунд только ниже пригнул голову. Ему нечего было ответить тем несчастным, которых гнали на невольничий рынок. Но для себя он решил, что как только освободится, то во чтобы то ни стало их найдет. Он их господин и хозяин. Этим все сказано.
Через пару часов корабль отчалил от города, и парней развязали. Змеиная рожа оставил их. Оставался теперь один вопрос. Что капитан, имени которого он до сих пор не знал, будет делать с ними?
Утром альфа в плаще принес кувшин с водой и хлеб. Парни по-прежнему не покидали своей каюты, все было абсолютно однообразно. Шало то и дело проваливался в болезненный сон, ему было так плохо, что он не разговаривал, ничего не ел и старался вообще не шевелиться. Эдмунд его не трогал.
Ненависть несколько притупилась за день. Но никуда не исчезла. Она осталась на дне сознания, мерзко там шевелилась и шептала всякие гадости и ужасы, науськивая.
Вечером за ними пришел Змеиная рожа и проводил в каюту, где бандиты всегда ели. Насколько понял Эдмунд, плотно они ели только вечером. Завтракали хлебом и чуть плесневелым сыром, запивали водой. Этот завтрак Змей, как про себя окрестил их проводника Эдмунд, исправно приносил пленникам.
Парни зашли в комнату и молча сели на свои места. Капитан и команда о чем-то переговаривались, но омега старался их не слушать. Он ел, не поднимая головы и ни на кого не смотря, в особенности на капитана. Он понимал, что может просто сорваться и сделать что-то такое, на что глава головорезов ответит сторицей. Эдмунду не хотелось быть избитым до полусмерти или изнасилованным всей командой. Да и Шало надо пожалеть. Без него этот парень просто загнется.
- Что молчишь, детка? - обратился к Эдмунду какой-то верзила. Он был высоким и очень худым, будто не ел ничего пару месяцев, хотя аппетит у него всегда был отменным. - Глазки свои прячешь.
- Да, покажи глазки, - хохотнул другой матрос, - Уж больно красивые они у тебя. И личико ничего.
- И задница, - добавил кто-то с другого конца стола. От смеха затряслись стены.
Эдмунд прикрыл глаза и сжал ложку посильнее. Зубы клацнули о металл.
- По друзьям скучаю, - негромко отозвался омега, не поднимая головы. Волосы прятали лицо. - Переживаю за них.
- Так чего переживать? - весело спросил все тот же матрос, - Капитан их хорошему купцу продал.
- Была бы моя воля, я бы тебя продал, - тихо процедил омега. Он и хотел, чтобы его услышали, но последствия осознавал, - в бордель, - еще тише закончил Эдмунд.
Но пират его услышал.
- Ах ты сука! - рявкнул он, вскакивая со скамьи и протягивая руки к омеге, тот отшатнулся.
Но тут рука капитана, сжатая в кулак, преградила разъяренному альфе путь.
- Сядь, Тин, - приказал он, - Сядь, я сказал.
Матрос сжал челюсти, но сел. Но взгляда горящих глаз с Эдмунда весь вечер не спускал. Омега пытался не обращать внимания.
Вскоре все начали расходиться. Когда альфа в плаще встал, чтобы увести пленников, капитан остановил его рукой.
- Уведи мелкого, - приказал альфа, странные глаза остановили взор на омеге, - а я с синеглазкой поговорю.
- Я без него не пойду, - запротестовал Шало.
