Скандир поравнялся с Фолько д’Акорси и Ленией, шедшей рядом с ним. Без всякого предисловия он сказал:
– Нам надо сделать остановку, д’Акорси, до того, как мы подойдем к воротам.
Фолько посмотрел на него. Поднял руку над головой. Один из идущих впереди вместе с Джаном людей, всегда оглядывающийся назад, на командующего, передал этот сигнал, и они остановились. Дул ветер.
Они уже подошли близко, но еще не к самым стенам города.
– Зачем? – спросил Фолько.
С правой стороны, с моря, непрерывно доносилась орудийная стрельба и раздавались взрывы, а гавань с кораблями в ней явно горела, к небу поднимался густой черный дым. Они не знали, почему и как это могло произойти так быстро. Это было неожиданно и очень хорошо.
Скандир сказал, глядя в ту сторону:
– Думаю, теперь город наш. Они запаникуют. Они захотят сдаться и умолять нас о милосердии.
– Вы знаете, что таковы мои инструкции.
– И ваши предпочтения?
– Но не ваши? – спросил Фолько.
– Мы это уже обсуждали. Обычно нет. Но выслушайте меня. Если вы планируете заставить людей уйти из Тароуза, то понимаете: находящиеся там джанни будут знать, что они обречены. Что мы их убьем.
– Относительно джанни мои предпочтения таковы, да.
Ления, стоя рядом с ними и слушая их, думала об обезглавленном человеке, чья голова сейчас лежала в мешке и чьих людей, безоружных, убили в оставшихся позади руинах. Ей много лет хотелось убивать ашаритов. И она делала это.
– Их там несколько сотен, внутри, – сказал Скандир. – Некоторые на своих галерах, чтобы брать на абордаж наши корабли во время сражения, но держу пари, что четыреста или пятьсот все еще в городе.
– Они не захотят открыть ворота?
– Я не думаю, что они смогут закрыть город. Не теперь. Не при том, что сейчас происходит в гавани. И не когда мы скажем людям, что им разрешено уйти. Жители Тароуза знают, что случается с городами, которые не сдаются. И мы им напомним, в любом случае.
– Да, – согласился Фолько. – Напомним. Поэтому?..
– Поэтому джанни выйдут к нам. У вас есть лучники, и у меня тоже. И у них тоже они будут. И если я прав, если их там четыре или пять сотен…
– И если этих джанни стоит бояться.
– Джанни стоит бояться. Я сражался с ними и побеждал, но на выбранной местности, с помощью обмана и везения. И потери были большие. Мы здесь в меньшинстве, на ровном, открытом пространстве. Я бы лучше…
– Вы бы лучше подождали подкрепления.
– Ни один командир не любит зря терять людей. У меня для этого всегда слишком мало бойцов.
– Никто из нас не любит, – кивнул Фолько. Он посмотрел вдаль, мимо города, на запад. – Я с вами согласен. Вот почему я попросил командующего из Фериереса отправить сюда три корабля бойцов и высадить их с западной стороны. По-моему, я их уже вижу. А вы?
Скандир посмотрел. Ления Серрана тоже посмотрела.
Туча пыли поднималась вдалеке по другую сторону от Тароуза.
Ления видела, как великан из Тракезии ухмылялся, наблюдая за этой тучей. Холодная улыбка, подумала она.
– Вы заставляете меня жалеть, – сказал он, – что я не могу увезти вас в Саврадию сражаться вместе со мной, д’Акорси.
Фолько посмотрел на него:
– Вы оказываете мне большую честь. Благодарю вас. Это не мой мир, не моя жизнь. Мне необходимо быть в Акорси и обеспечивать свой народ, дать моему сыну возможность вырасти и сменить меня. К тому же моя жена переплыла бы море, нашла и убила бы нас обоих.
Скандир опять улыбнулся:
– Я слышал, что она грозная женщина.
– Вы даже не представляете себе насколько, – коротко улыбнулся в ответ Фолько. – Но сейчас я даю клятву Джаду. До конца моих дней, и ваших, каждый год я буду присылать вам определенную сумму, достаточную, чтобы принести пользу. И буду всегда молиться за вас, Бан Раска.
– И то и другое важно, – сказал Скандир. Он не возразил против этого имени, как делал обычно.
Фолько снова посмотрел на запад. Туча пыли разрасталась. И в ней уже можно было различить людей, приближающихся к ним.
– Смотрите, – сказала Ления. Она не могла сдержать дрожь.
Ворота Тароуза открывались.
– Пусть Джад дарует нам свет в конце наших дней. Мы сейчас их перебьем, – произнес Скандир.
Они смотрели, как джанни из города, те, кого прислали из Ашариаса, строем выходят в своих приметных шапках и плащах.
– Думаю, они понимают это, – тихо сказал Фолько д’Акорси. – Они не станут скрываться.
Лении показалось, что она услышала в его голосе уважение, даже печаль. Она не слышала их в голосе Скандира. Разные слова, разные битвы. Разные люди.
Это открытие ворот и то, что за ним последовало, было вторым ключевым событием Войны за Тароуз.
Джанни, быстро вышедшие маршем из города, повернули на запад, навстречу людям из Фериереса, и попали в клещи между ними и воинами Фолько и Скандира, напавшими на них с тыла. Они должны были повернуть в одну или в другую сторону, подумала Ления. Они выбрали более многочисленную вражескую армию.
