После нового самобичевания постановлением Политбюро Каменева опять восстановили в РКП(б). 14 декабря 1933 года Объединенное заседание ЦКК ВКП(б) и Коллегии НК РКИ СССР предложило Московскому горкому ВКП(б) оформить прием в члены партии в Октябрьском районе, выдать партбилеты, в которых отметить перерыв пребывания в рядах партии: Каменеву — с декабря 1927 года по июнь 1928 года и с 9 декабря 1932 по 12 декабря 1933. Наклеить марки о прохождении чистки.
Вряд ли можно предположить, что эта унизительная для одного из руководителей партии и государства, ближайшего соратника Ленина запись появилась без ведома Сталина, который как иезуит, прежде чем окончательно расправиться с очередной жертвой, нередко продлевал агонию обреченного, ослабив наброшенную на него удавку.
Безусловно, Сталин знал и о том, что Каменев в 1933 году назначен заместителем председателя редакционного совета и директором издательства «Academia». Оно получило широкое признание благодаря высокому качеству художественного и полиграфического оформления произведений мировой классической литературы, которые иллюстрировали лучшие художники того времени.
«Как приятно работать с Каменевым! Как он все понимает — в один голос говорили…писатели, критики и профессора», — свидетельствовал современник.
В 1934 году Каменева назначили директором Института мировой литературы (ИМЛИ) и Института русской литературы (ИРЛИ — Пушкинского Дома). В эти годы он занимается только литературной деятельностью, к которой был подготовлен своим богатым опытом публициста и редактора: принимает участие в издании собраний сочинений классиков: А.С. Пушкина, Льва Толстого, И.В. Гете, пишет вступительные статьи, биографические очерки, комментирует произведения Герцена, Чернышевского, Некрасова, Тургенева, Полежаева, Горького, Андрея Белого, а также Макиавелли. Вместе с В.Д. Бонч-Бруевичем редактирует сборники «Звенья».
Еще ранее, будучи директором Института Ленина, Каменев готовит к изданию первое полное собрание сочинений Ленина, пишет вводную статью и комментарии к томам, становится первым биографом «вождя».
Известный публицист Н.Н. Суханов давал нелицеприятную оценку его творчества: «Статьи Каменева не отличались ни большой оригинальностью, ни глубоким изучением, ни литературным блеском, но всегда были умны, хорошо выполнены, основаны на хорошей общей подготовке и интересны по существу».
Литературная работа, которой стал заниматься Каменев, как нельзя более подходила ему. Но гроза над его головой не замедлила разразиться. После убийства Кирова страна шла к большому террору. В конце 1934 года Каменева необоснованно репрессировали. Судебная расправа была безжалостной. Он проходил по делу так называемого «Московского центра» и осужден на пять лет тюрьмы, уже на следующий год — вновь осужден по делу «Кремлевской библиотеки и комендатуры Кремля» — сроком на десять лет тюрьмы.
Кошмарный тюремный марафон завершился фальсифицированным процессом по делу «Троцкистско-зиновьевского объединенного центра» (1936), на котором блистал обличительным красноречием Вышинский.
Сталин не просто уничтожал своих оппонентов. Он предварительно вываливал «их в грязи аморальности, измены, предательства. Все процессы являют собой беспрецедентный пример самоуничтожений, самооговоров, самоосуждений… Каменев, например, прямо заявлял, что «мы служили фашизму, мы организовали котрреволюцию против социализма». Обещания снисхождения, угрозы репрессий по отношению к семьям, систематическое физическое насилие на допросах ломали этих людей, заставляли играть свои унизительные роли по сценарию, написанному «жрецами правосудия». Главный Режиссер все время находился за кулисами».
Каменева приговорили к расстрелу. Очевидец, работавший в органах, вспоминал: когда пришли ночью за Каменевым, «он молча шел по коридору, нервно пожимая ладони». Приговор был приведен в исполнение. Но сталинскому «правосудию» этого было недостаточно. Невинно пострадали все его родные и близкие ему люди». В 1935 году был арестован и в 1938 году расстрелян старший сын Каменева 33-летний авиационный инженер Александр. Младший сын — школьник Юра был в два раза моложе, ему было только 16. В этом возрасте он и был приговорен в 1938 году к «высшей мере», приведенной в исполнение. Их мать — Ольгу Давыдовну — расстреляли осенью 1941 года. Погибли и младший брат Каменева — Николай с женой, а также Татьяна Ивановна Глебова — близкий Каменеву человек в последние годы его жизни. Сын Александра — Виталий, почти не знавший деда, едва окончив школу, оказался в 1951 году в тюрьме, затем в ссылке, которая неизвестно чем бы закончилась, если бы не 1953-й».
Лев Борисович Каменев был реабилитирован в 1988.
1.
2. XVII съезд Всесоюзной коммунистической партии (большевиков). Стенографический отчет. М.: 1934. См. также:
