Все только начинается полностью

Люк даже не стал размениваться на всякие там «если ты, конечно, позволишь», а просто поставил Анну перед фактом.

Именно из этой особенности его характера они так часто ругались в первые дни знакомства, вспомнила Аня, но теперь ей почему-то не хотелось спорить и отстаивать свои права. Права правами, но рядом с человеком, который на ее глазах аккуратно, выстрел за выстрелом, выбил все сучки из доски-мишени, как-то… поспокойнее.

Утром на спине не оказалось ни царапины, и, если бы не замоченная в холодной воде сорочка, вечернее происшествие показалось бы Анне дурным сном. Бри тоже видела кровь, она неплохо разбирается в магии… и она женщина. Решено, после визита в типографию Аня обратится к новой подруге.

Гельду она тоже спросит, ведь странности могут быть связано с даром Анны. Если она умеет сопротивляться магии василисков, и каждый раз при столкновении с ними (или даже упоминании) из спины идет кровь, налицо непосредственная связь.

А вот Танроу говорить не стоит. У него и так куча проблем, вон, глаза впали, а под ними темные круги от недосыпа.

Люк переоделся в куртку авиатора со споротыми нашивками.

— Это отчима, — пояснил он. — Я был слишком молод, чтобы воевать.

Анна заглянула в почтовый ящик, давая Танроу время, чтобы вскарабкаться в машину, здраво рассудив, что детектив вряд ли примет ее помощь. В ящике лежало уведомление: гнездо Нестееров любезно напоминало, что Ане необходимо в ближайшее время создать фонд ремонта особняка.

Анне захотелось очень любезно послать гнездо подальше. Если бы не работа у Люка, ей с трудом хватало бы на еду. Она сама пожелала отдалить Нестеера от Эйджи и не собиралась жаловаться, но это требование – явная наглость! Теперь придется идти в банк и заводить счет, а потом откладывать на него каждый месяц. И ведь в случае ремонта гнездо потребует отчеты и чеки! Очень неудобно, учитывая, что тот же Фейт Эдрегейл предпочитает работать неофициально, чтобы не платить бешеные налоги, и его услуги Аню вполне устраивают.

Пока она читала письмо, Люк успешно справился с посадкой. Фейт Эдрегейл заранее закрепил металлические ручки над сиденьем. Детектив подтянулся на одной из них, затем перехватил другую, и мощным рывком перетащил тело внутрь. Анна закатила его коляску в фургон и закрепила ее специальными ремнями.

В отличие от Аниного карата-7, фургон Фейта бегал на бензине. Анна воспряла духом – с этой машинкой ей все было понятно. И снова ни малейшего укола страха и боли, которые так изводили Анну после аварии – они остались в старом мире.

Анна попыталась вспомнить, когда в последний раз заряжала кристалл карата. Кажется, перед поездкой в типографию с Горгом. Нет, намного раньше. Странно.

Анна заметила, что когда машина проезжала мимо развалин часовни над трассой, Танроу бросил короткий взгляд на обрыв. Утром он попытался погладить Лоу. Кот не сразу убежал, быстрые движения причиняли ему боль, но сжался и ощерился. Танроу покачал головой. Ничего. Никаких видений, ни одного проблеска. Иначе все было бы слишком просто.

— У нас сегодня гость, — напомнила Анна Люку.

Тот кивнул, глядя на дорогу.

— Ты действительно считаешь, что Оэр Эвелейн не настоящий ученый? Служанка альва рассказала Гельде, что он целыми дни просиживает за древними фолиантами.

— Одно другому не мешает, — бросил Танроу. — Вопрос: зачем он напросился к нам на ужин. Зачем перебил ставку мэра? Ты знаешь, что Гвенда Гоэль была воспитанницей сиротского дома «Семь Рун»? Ах да, я не успел тебе рассказать, мне позвонили прямо перед приходом Бриллы.

Аня с изумлением повернула голову к детективу, Люк отвел взгляд.

— И все-таки ты в это влез! — с торжеством воскликнула Анна. — А ругаешь меня!

— Я должен был выяснить, с какой целью вокруг нашего дома нарезает круги подозрительный альв.

— И?

— Гвенда росла в «Семи Рунах». К ней там относились хорошо, ну, по крайней мере, так говорят другие воспитанники. Родителей ребенка искали долго и безрезультатно, но дело в том, что Гвенда была полукровкой. В Эль-ЛЛиоле к ним относятся… не так трепетно, как к чистокровным альвам. Благодаря набожности, Гвенда стала любимицей жриц храма Элеи. Художественный дар девочки привлек внимание попечительского совета, ее отправили в Эй-лон-хейм учиться в академии искусств, несмотря на то, что она была несовершеннолетней. А потом ее… убили, так же как Арифу и Тину. Все пути ведут в Лонто-хейм, тут и отрицать нечего.

— И к нашему маньяку, — вздохнула Анна.

— … который, если мы не ошибаемся, перешел все границы и рассылает недвусмысленные намеки. Тебе, между прочим!

— Мне, — покладисто согласилась Аня. — Но мы же его поймаем?

— Несносная женщина, — проворчал Люк, отвернувшись к окну, но Анна услышала улыбку в его голосе.

Глава 17

Глава 17