Альгус в основном представлял собой руины. По сравнению с ним, Тулаар куда больше пострадал от бомбардировок, но там смогли построить новый приличный город за несколько лет. Восстановлением Альгуса же, по всей видимости, никто не занимался, кроме выживших местных, которые, как могли, приводили свои дома в пригодное для жизни состояние. Никакого транспорта на улицах не было, кроме, разве что, военных машин, которые пару раз проехали мимо патруля. Да и людей практически не наблюдалось. Только стук берц о рассыпающийся асфальт эхом отражался от стен необитаемых строений.
На одной из некогда центральных улиц теплилась жизнь: кто-то открыл небольшой магазинчик, облагородив первый этаж заброшенного офисного здания. Военные направились туда.
На прилавках были расставлены давно не мытые пластиковые ящики с овощами и фруктами, по всей видимости, выращенными где-то неподалеку. Продавец – невысокий мужчина с морщинистым лицом – с некоторой опаской взглянул на вошедших.
– Доброе утро, бойцы.
Маркус и Фредрик, не обращая на него внимания, принялись рыться в ящиках, выбирая самые приличные яблоки и сливы. Они наполнили фруктами карманы формы, затем Фредрик снял с головы кепку и насыпал в нее арахиса. Тем временем Маркус подошел к продавцу.
– Сигареты есть?
– Последние пять пачек остались, ребята, – вздохнул мужчина и нагнулся, шаря под прилавком.
– Много наторговал сегодня? – спросил Маркус.
Продавец выпрямился.
– Да много ли тут наторгуешь? Каждый день ваши приходят! Еле в ноль выхожу, с поставщиками не успеваю рассчитываться!
– Ты, это… – Маркус прочистил горло, помахивая перед продавцом дулом автомата. – Сигареты давай.
Мужчина молча зыркнул на него, сжав челюсти – казалось, можно было даже услышать, как он скрипнул зубами – и выложил перед Маркусом пачки сигарет.
– Благодарю, – бросил тот, небрежно сгребая их с прилавка.
После этого солдаты вышли на улицу и продолжили свой путь. Фредрик хрустел арахисом, засыпая его в рот целыми горстями, а Маркус достал из кармана два яблока и протянул одно Анне.
– Бери, не стесняйся. Витамины для растущего организма.
Оба солдата негромко засмеялись с набитыми ртами. Анна недовольно поджала губы, но яблоко взяла.
– А мне жалко мужика, – сказала она, кусая кислый фрукт. – Разорится, и где тогда витамины будете брать?
Маркус хмыкнул.
– Попадешь в загородный патруль – вопросы отпадут…
Так и прошла большая часть дня. Патрулирование города оказалось довольно скучным занятием – тройка Анны просто нарезала круги по одному из районов Альгуса. Лишь пару раз им встретились мирные жители, у которых Маркус и Фредрик вытребовали немного денег. Еще одним встреченным живым существом была девочка лет восьми. Она выглянула из переулка на центральную улицу и, завидев, приближающийся патруль, истошно завизжала и бросилась наутёк. Солдаты лишь равнодушно посмотрели ей вслед.
На ужин в столовой части подали липкую серую кашу с кусочком мяса, в основном состоявшего из жил и хрящей. С кухни доносились запахи, которые явно не вязались с тем, что Анна видела в своей тарелке. Вскоре она заметила, что все входящие в столовую офицеры уходят в какой-то отдельный зал, где, по всей видимости, еда была более сносной. Пытаясь впихнуть в себя хотя бы половину холодной каши, Анна начинала понимать поведение Маркуса и Фредрика в магазине.
Когда окончательно стемнело и девчонки из казармы по своему обыкновению расположились на скамье у стены, Анна незаметно ускользнула от них и направилась в дальний северный угол части. Кромешную темноту чуть разбавляла неуверенно выглядывавшая из-за туч луна. Анна специально не стала идти мимо раскрытых гаражей, которые были ярко освещены. Водители и механики увлеченно копошились во внутренностях грузовиков и бронемашин под монотонный гул генераторов и вряд ли обратили бы на нее внимание, но Анна решила поменьше попадаться кому-либо на глаза.
Она миновала прачечную, которую было невозможно не узнать по химическому запаху моющих средств. Впереди при свете луны светлели кирпичные стены амбаров и складов. Не успела Анна пройти и десятка метров, как ее схватили сзади, зажали ладонью рот и затащили в ближайшую открытую дверь. В тот же момент снаружи сверкнули лучи карманных фонариков, при свете которых Анна смогла разглядеть лицо Бруно, который прижал палец к губам, приказывая ей молчать. Посмотрев в щель между досками, из которых была сколочена дверь амбара, Анна увидела двух солдат. Они вышли из соседнего строения, таща мешок с овощами. Когда военные удалились и стихли их шаги, Бруно, наконец, произнес:
– Теперь можно говорить.
– Мы каждый раз будем общаться таким образом? – негромко спросила Анна, поправляя съехавшую куртку.
– А как ты предлагаешь? В Ноленсии два вида связи – голубиная почта и примитивные древние радиопередатчики, работающие от автомобильных аккумуляторов.
Бруно еще раз посмотрел сквозь щель и поманил Анну за собой наружу.
– Как ты заметила, я служу здесь водителем, – продолжил он, стоя у входа в амбар. – А это моя Амалия.
