Только сейчас Анна заметила, что чуть поодаль под деревом припаркован пикап. Она лишь слегка закатила глаза, вспомнив, как когда-то давно ее дядя тоже имел привычку называть каждую свою машину женским именем. Бруно между тем продолжил:
– Я имею право покидать воинскую часть и даже Альгус каждый день. В месте, которое я не могу раскрыть даже тебе, есть еще один связной, имя которого я тоже не могу раскрыть. Я передаю разведданные ему, а он передает их на границу в Ревену.
– Хорошо, – протянула Анна, слегка задумавшись. – Но пока я в звании рядового, могу предоставить не так уж много информации.
– Полезны любые сведения. Фамилии личного состава и командиров, оружие, которое хранится в расположении… У тебя еще будет много времени, наверняка разузнаешь что-то важное. А сегодня мы должны придумать тайный шифр, чтобы передавать друг другу сообщения без личных встреч. Это на случай форс-мажора.
– Так, и есть какие-то идеи?
– Смотри, – Бруно сел на корточки и взял горсть валяющихся у стены камушков. – Если их сложить определенным образом, будет сообщение. Например, вот так я скажу тебе, что сегодня встречи не будет. Если добавить еще мелкие камушки вот так, я скажу, через сколько дней встреча состоится.
Анна присела рядом и наблюдала, как Бруно раскладывает гальку, словно мозаику. Он показал ей все возможные варианты сообщений без слов, после чего сгреб камни ногой к стене. Затем Бруно помолчал несколько секунд и сказал:
– Если со мной что-то случится, запасной агент сам с тобой свяжется.
– Поняла.
– Да, и на случай чего… Мы любовники.
Анна на миг вскинула брови, но тут же согласилась:
– Да, это наилучший способ оправдать наши уединения.
– Так что если я внезапно брошусь тебя целовать, не пугайся и подыгрывай.
Вдруг красочно представив такую сцену, Анна не смогла сдержать смешок:
– Только палку-то не перегни.
– Палку… – тихо засмеялся в ответ Бруно. – Ладно, скоро отбой. Мне еще машину в гараж отгонять. Бывай.
Он махнул рукой и направился к пикапу. Анна же незаметно вернулась в казарму и забылась усталым сном.
***
Для Анны начались рутинные армейские будни. Каждый день она вместе со своей мотопехотной ротой проходила строевую подготовку, тренировала силу, выносливость и ловкость, упражнялась в стрельбе. В считанные недели она завоевала репутацию одного из лучших бойцов подразделения, что было немудрено: большинство ее сослуживцев пришли в армию с улицы и не имели за плечами несколько лет вышкола, какой Анна получила в Ревене.
– Ну, Линнегор, ты просто звезда! – картинно хлопал в ладоши Гаспар, когда Анна в очередной раз первой прошла полосу препятствий. – Где, говоришь, ты служила раньше?
– На базе «Инклинд» под Рудоницей, – ответила Анна, слегка запыхавшись.
– У них, смотрю, хорошая подготовка была, – продолжил ротный, закуривая, – раз ты спустя столько лет не теряешь навыки.
– Так точно. Командиры всё ждали, что нас выведут на передовую…
– И как, дождались?
– Да. Но меня там уже не было, – Анна прищурилась и оглянулась на своих сослуживцев, которые подбегали к финишу. – Здоровье подвело.
Гаспар с понимающим видом кивнул и сразу переключил внимание на последних добежавших к финишу солдат, будто Анна перед ним и не стояла.
– Стройся! – крикнул капитан на весь полигон.
Этот возглас уже был привычным: таким же образом Гаспар выстраивал свою роту у казармы каждое утро при любой погоде и давал разнарядку на день.
Не было исключением и следующее дождливое утро. Анна находилась в Ноленсии почти месяц, жизнь текла довольно однообразно: всего несколько раз ей удалось покинуть воинскую часть, когда наставала ее очередь патрулировать улицы. Но в этот раз ротный приготовил для нее новое задание.
Анну вместе с четырьмя солдатами отправили в поселок неподалеку, а зачем именно – было не совсем понятно: Гаспар назвал это «собирать урожай». Военные загрузились в перекрашенный в маскировочные цвета фургон – возможно, это был тот же самый, на котором Анну привезли в Альгус, – и машина двинулась по укатанной грунтовой дороге через лес.
Патруль прибыл на место спустя полчаса. Это была небольшая деревушка с наполовину разбитыми, покосившимися домиками. С первого взгляда трудно было определить, стал ли поселок таким из-за войны или пришел в запустение задолго до нее: явных следов обстрелов не наблюдалось, но стены кирпичных строений испещряли трещины, деревянные части домов и построек чернели от гнили, целых окон было не много.
Фургон остановился посреди улицы. Солдаты набросили на плечи автоматы и вышли наружу, Анна последовала их примеру. Под ногами хлюпнула раскисшая под дождем грязь.
Военные не спеша зашагали вдоль улицы. Вокруг не было ни души, только где-то далеко раздавался собачий лай, и вороны с протяжным карканьем пролетали под низко нависшими тучами.
Один из солдат громко свистнул и прокричал:
– Так, граждане! Скидываемся продовольствием на нужды армии Ноленсии!
