Харриет торопливо закивала, готовая согласиться со всем, что скажет муж, лишь бы только он не спрашивал, о чем они только что говорили. Сара заметила, как изменилось лицо Харриет. Она вела себя странно, как будто боялась собственного мужа. Может быть, он ее бьет? Харриет носила футболку с короткими рукавами, и синяков нигде не было видно. Но Сара прекрасно знала, что домашнее насилие не всегда заметно, а психологическое – почти никогда. Харриет не красилась и постоянно смотрела в пол, хотя была довольно молодой женщиной – лет тридцати пяти, с хорошей фигурой и выразительными глазами. Ее светло-каштановые волосы могли бы смотреться просто великолепно, если бы свисали вьющимися локонами. Она казалась сломленной. Обязательно нужно разузнать у Тэсс насчет вызовов полиции в паб или записей о жестоком обращении Реджа с женой.
– Ты можешь идти, Тина.
– Спасибо, Редж, – ответила Сара и бросила на стойку посудное полотенце.
Редж открыл кассовый ящик и протянул ей коричневый конверт. Она совсем забыла, что ей должны заплатить. Работа в пабе представлялась ей забавой, чем-то вроде разведывательной операции, и получать деньги за честно отработанный день ей было в новинку.
– Если хочешь, мы можем внести тебя в график и дать несколько смен постоянной работы.
В голове Сары пронеслись картины последней встречи со своей командой: злой на нее Уэс, потерянный Гейб и потухший Мак. Неужели семейный бизнес окончательно и бесповоротно ушел в прошлое? Сможет ли она вернуть уважение семьи?
– Спасибо, Редж, но нет, – покачала она головой. – У меня уже есть работа, и нужно ее сохранить.
Тэсс толчком открыла дверь своей квартиры, собираясь рухнуть на диван и тупо смотреть сериал «Под палубой». Если бы она возглавляла отдел, то собрала бы всех в участке доложить об успехах за день. Но инспектор Уокер предпочитал по вечерам пинту пива, а новости он с удовольствием выслушает и завтра с самого утра. Она бросила сумку в коридоре и…
– Мать честная!
Тэсс вздрогнула от неожиданности, увидев чей-то силуэт на диване.
Сара подняла голову. Глаза у нее были красные, лицо опухло.
– А, это ты, – уныло протянула она.
– Кого еще ты ожидала увидеть? – спросила Тэсс. – И как ты вошла?.. Хотя ладно, на самом деле мне все равно. Почему ты плачешь? Это ведь не из-за тяжелого рабочего дня?
Сара горько вздохнула, а Тэсс положила ноутбук на кофейный столик и бросилась обнимать сестру. Та уткнулась носом ей в плечо. Тэсс поцеловала Сару в макушку и крепко прижала к себе. Конечно, она терпеть не могла, когда Сара расстраивается, но так давно не ощущала себя нужной, что это было почти приятно.
Наконец Сара отстранилась.
– Расскажешь, что случилось? – спросила Тэсс. – Нет, ты не обязана. Можешь просто остаться у меня, насколько захочешь. Диван не слишком удобный, но на одну-две ночи сгодится.
– Нет, спасибо, – произнесла Сара. – Со мной все в порядке. Я ненадолго, просто сем… просто дела.
Тэсс поняла, что она хотела сказать «семейные дела», но сдержалась. Еще одно напоминание о том, что Тэсс не имеет никакого отношения к этой части ее жизни. И никогда не будет иметь.
Сара откашлялась.
– Ты уже вычислила того, кто убил Ричарда Миллингтона?
– Руперта, – поправила Тэсс.
– Блестяще! – мимолетно улыбнулась Сара. – Его арестовали?
– Кого?
– Убийцу. Руперта.
– Нет, Сара, – теряя терпение, ответила Тэсс. – Руперт – это жертва.
– Так это было самоубийство? – притворилась сбитой с толку Сара.
Тэсс охнула:
– Ну почему каждый разговор с тобой превращается в комический номер? Это жертву зовут Руперт Миллингтон. Мы еще не нашли его убийцу, и сразу говорю… – предостерегающе подняла она руку, удерживая сестру от нового раздражающего вопроса, – это не Ричард.
– С тобой не повеселишься.
Сара уселась поудобнее и улыбнулась, показывая Тэсс, что с самого начала все поняла. С огорченной Сарой иметь дело было куда легче.
– Зачем ты пришла? – спросила Тэсс.
Сара вздохнула.
– Я хочу попросить тебя об одолжении, – сказала она с таким видом, будто опять собиралась заплакать.
Несмотря на переживания сестры, Тэсс моментально что-то заподозрила. Иногда она забывала, что Сара – прирожденная актриса и мошенница. Возможно, сочувствие – именно то, чего она и добивается.
– Рассказывай, – спокойно произнесла Тэсс.
Сара со вздохом повалилась на диван и положила голову на подлокотник.
– Уф!
При всех своих сомнениях, Тэсс все-таки решила, что сестра чем-то по-настоящему расстроена. Очевидно, ее мучило то, о чем она собиралась просить. Но Тэсс не хотела торопить ее или как-то спугнуть. Она просто налила кофе, поставила чашку перед Сарой, а сама села напротив и выжидающе посмотрела на нее.
– Я хочу… то есть мне кажется, что я этого хочу… наверное, я все-таки не хочу, но думаю, что так будет лучше…
– Сара, – прервала ее Тэсс.
– Ладно, – снова вздохнула Сара. – Я хочу, чтобы ты арестовала Джулию.
Тэсс разинула рот от удивления, но ничего не ответила.
– Может, что-нибудь скажешь? – потребовала Сара.
