- Ты, Сидах, хорош, не спорю. И лицом приятен, и умен, но иногда есть вещи, которые не можешь переступить. Как бы ты не старался, как бы не уговаривал, мое сердце и уверенность не дрогнут. Не потому что ты недостаточно хорош, а потому что у тебя уже есть две жены. Для меня женатый человек – запрет, переступив который, я потеряю уважение к себе. Твой излишний напор ни к чему. Прошу прошения, если оскорбила тебя, но и твое навязчивое поведение, оскорбляет меня.
- Как мое внимание может оскорбить? – его пухлые губы сжались, но как-то немного по-детски, и даже небольшая бородка не избавляла от такого ощущения.
- Своим поведением ты показываешь, что считаешь меня доступной женщиной. Разве это не оскорбление?
- Это похвала!
- А если бы твоя сестра ехала, и какой-то чужестранец с такими же мыслями, как у тебя, подошел к ней, что бы ты делал?
- Избил бы его до полусмерти.
- У меня нет брата, значит, мне следует спустить своего питомца, единственного защитника? – Тамара говорила серьезно, и мужчина тоже стал задумчивым. – Я надеюсь, мы поняли друг друга, и впредь не будем повторять ошибок. Еще раз прошу прощения и прошу оставить нас.
Мужчина постоял еще немного, потом поставил тарелку с фруктами на край повозки и молча ушел.
- А чего он хотел? – тихо поинтересовалась Чиа.
- Вот как раз то самое. Истосковался по женскому телу, но если бы подобное предложили его сестре, покалечил бы наглеца, не задумываясь!
Мораль Чиа не слушала, потому что и она, и Хрюша косились на стоящие рядом вкусности.
- Будешь? – предложила Тома.
- А можно? Он потом тебя не съест?
- Так я ему и дамся, да, Хрюша? – зверь поддакнул рыком, не переставая пялиться на соблазнительные дары.
Под тяжелым взглядом Сидаха, Чиа жевала яблоки, а Хрюша подъедал огрызки, которые девочка старалась оставлять потолще, жалея голодного зверя. Томка к фруктам демонстративно не притронулась. Слушать довольные чмоканья было тяжело, соблазн то и дело подталкивал отведать яблочек.
«Змей-искуситель! – брюзжала она. - И засранцы, сидят при мне, трескают мои яблоки и даже не смущаются». – сердилась Тамара, и словно услышав ее мысли, подруга небрежно предложила:
- Будешь?
- Нет!
- Тогда нам больше достанется, правда, Хюшенька?
- Хрю! – подтвердила довольный зверь.
- Сволочи! – огрызнулась Тома.
***
- Они там чего, его подношения едят? – с возмущение спросила Ивая.
- Гордости у них нет! – поддакнула Пена.
- Если судить по его лицу, то как-то странно они их едят. Сидах взбешенный. – заметил Млоас, поглядывающий в сторону повозки.
- Проверить не хотите? – поддел сестер Виколот.
- Делать больше нечего! Кому надо, тот пусть и идет.
- Ло, проверить не хочешь?
- Нет. Мне все равно. - огрызнулся он.
- Да ну? Видел бы свое равнодушное лицо! Сразу заметно, как тебе все безразлично. - не отстава старший брат.
- Сейчас вернусь. – бросил Млоас и убежал, а когда вернулся, сиял улыбкой. – Сидит раздраженная, не ест и смотрит на Сидаха, как на врага. Зато девчонка и Саха счастливы. – Млоас поддерживающе похлопал Ло по плечу, показывая, что бегал исключительно ради него.
Сестры расстроились, что Тамаа не скомпрометировала себя, и они отошли. У костра остались только братья. Млоас заметил, что у Долона тоже пропал аппетит:
- Сам посмотри. Заодно узнаешь, чего он, как бык, которого под хвост ужалили?
Ло опустил ложку, не донеся ее до рта, подумал, а потом встал и скрылся в темноте.
***
Чиа и Хрюша спали, а Тамара не смогла заснуть, страдая из-за обиды. Она вертелась, пытаясь найти удобное положение, но покой не приходил.
«Я, как дура, отказываюсь от вкусностей, отбиваюсь от озабоченных самцов, а ему и дела нет! Сидит себе, радуется жизни и обо мне даже не помнит. – она шмыгнула носом под толстым слоем одеял. – А эти, как троглодиты, сожрали все и даже спасибо не сказали. Одна я, совсем одна! Одни неблагодарные вокруг».
Томка насупилась, понимая, что сейчас пустит лезу и, чтобы этого не случилось, осторожно села и начала пальцами расчесывать волосы. Может не эффективно, зато хорошо успокаивало расшалившиеся нервы.
- Яблоко будешь? – раздался рядом голос, и Тамара не поверила своим ушам, но протягнутая рука убедила, что ей не послышалось.
- Буду!
- У меня не такое красивое, как у него.
- Ну и что! - мягко ответила она.
Вокруг было холодно, изо рта шел пар, а плод был теплым. Спохватившись, прошептала спасибо, но Брат уже ушел.
«Дожилась, счастлива от простого яблока! - Тома пыталась шутить над собой, но понимала, что счастлива из-за внимания и ревности Долона. – Только ради этого стоило трястись четыре дня. А ради большего, готова проехать через всю империю, и никакие сестры мне не помешают!».
Еще долго она обнюхавала душистое яблоко и с ним в руках заснула, не смея его съесть.
Утром проснулась счастливая, будто заново родившаяся. А известие, что сегодня караван должен добраться до Эквея – крупного города, где можно отдохнуть и помыться, взбодрило и наполнило день смыслом. Всю дорогу Томка думала о Долоне, гадала, насколько сильно ему нравится, и что он будет делать в большом городе.
