To есть, конечно, случается всякое. Проявляется через столетие и дар Лоэнринов. Однако если появляются среди наследников древней магии заклинатели, все они оказываются на строгом королевском учете, все служат повелителю, нет никого даже в подчинении кронпринца. А значит — либо в Рутином Яру действует «дикий», не выявленный маг с даром, либо меня пытаются казнить по приказу Его Величества. Впрочем, ради одного меня затевать столько всего было бы накладно. Куда как проще казнить меня в столице, прибегнув к услугам штатного палача. Да и не за что.
— Я, Соленмур Агат… — прохрипел Мур. — Виновен в том… что предал своего майората. Прошу освободить меня от Клятвы крови…
Голос совсем чужой. Кто-то говорит за человека, чье желание жить очевидно…
— В твоей просьбе отказано, Соленмур Агат! Я запрещаю тебе умирать!
Вот настолько я тебя ненавижу, пес. Ищейка неприятностей. Ты мне еще все выложишь!
— Требую полного подчинения!
— У… умоляю!..
Я, наконец, почувствовал отклик магического поводка. Пока только эхо. Но ладонь снова ожгло. Мур всхлипнул.
За дверью послышался шорох. Я сглотнул горькую слюну.
— Дорогая, извольте войти, раз уж подслушиваете!
Шарлотта промедлила, вызвав во мне волну глухого раздражения. Ох уж это жеманство!
— Если не упали в обморок, немедля ступайте сюда! — Резче, чем следовало, прикрикнул я. Девушка ворвалась в комнату с таким видом, будто это не она решалась до последнего, а я ее не пускал. Уставилась на мои пальцы, все еще сжимавшие горло Мура. Возмущенно выдохнула:
— Да что вы… убийца!
Я убрал руку. Щеки Шарлотты пылали, в глазах вспыхнули опасные искры. Следом за девушкой явился Армиль, но его увиденное не удивило и не шокировало.
— Объяснитесь! — Потребовала Шарлотта. Я не был склонен вступать с ней в обсуждение происходящего. Не сейчас. Рука предательски подрагивала и я спрятал ее за спину. Девушка заметила, презрительно скривилась.
— Вы — отвратительный тип! Ваши поступки… Да как вы только посмели! К раненному…
— Я расследую преступление против короны, — напомнил я холодно. — Мои действия полностью оправданы.
— Да неужели?! Мур в чем-то обвинен? Кто дал вам право пытать его?! После всего, что уже… Если вы не заметили, он без сознания и не сможет ответить на ваши вопросы!
— Этот человек, скорее всего, умрет, — вмешался лекарь. Шарлотта осеклась. Армиль невозмутимо добавил:
— Герцог лишь исполняет свой долг.
Прозвучало укором. Двойные стандарты, господин лекарь, ай-яй!
— Что? — губы Шарлотты дрожали. Ну вот, только девичьих слез нам тут не хватало.
— В этом человеке течет истинная кровь, — пояснил Армиль. — И кто-то воспользовался этим, наложив проклятье.
— Как Лоэнрин? — прошептала Шарлотта. Армиль одобрительно кивнул.
— Не рассказывайте госпоже страшных сказок на ночь, — оборвал я. А если она и правда грохнется в обморок? Не хочется проверять крепость синичкиных нервов именно сейчас.
— Идите сюда, — распорядился я. Шарлотта приблизилась к постели. Я снова схватил Мура за горло, ответом была слабый стон.
— Отпустите его! — тут же потребовала девушка.
— Нет. Говорите с ним. Он еще может вас услышать. Если вы не соврали, и он действительно собирался жениться на вас, значит, должен испытывать к вам чувство. Сыграем на этом.
— Вы!.. Вы!..
— Возможно, это ваш последний шанс поговорить с ним. Потратите его на препирательства со мной? — я выгнул бровь. Шарлотта была готова вцепиться мне в лицо. Не время, дорогая. Совсем не время.
Не знаю, о чем она думала, но все же склонилась к умирающему.
— Мур… ты меня слышишь? — она коснулась его руки. Вот это лишнее, красавица… Или нет? Губы Агата дрогнули. Шарлотта сочла этот знак обнадеживающим и сжала пальцы Мура сильнее. Я все же отпустил помощника и сделал шаг назад. Глаза Агата тут же закрылись. Шарлотта прошептала его имя, но предсказуемо не услышала отклика. Все, что могла, она уже сделала. Да и я — тоже.
— Я прощаю вам вашу дерзость, дорогая. Преступление есть преступление. Оно требует расследования. Я волен выбирать методы. Но вы правы, сейчас этот человек мне ничего не расскажет… — Шарлотта бросила на меня свирепый взгляд, я пожал плечами. — Как только он придет в себя, я должен быть немедля извещен. Немедля! Только на этом условии я позволю вам остаться подле него.
В ответ — очередная волна презрения. Мне было все равно.
— Вы невыносимы! — выдохнула Шарлотта, осознав, что я действительно не собираюсь выжидать.
— Вы будете извещены, герцог, — пообещал Армиль, внимательно меня разглядывая. — Да, кстати, я приготовил вам кое-что.
Он протянул мне маленький глиняный сосуд, запечатанный пробкой. Я взял подношение за шнурок, обвязанный вокруг горлышка.
— Отвар придаст вам сил, — сообщил лекарь. Я в сомнении вытащил пробку, принюхался.
— Надеюсь, он не из кладбищенской искрянки?
Ответом мне стала покровительственная улыбка. Я вяло кивнул, но лекарь уже потерял ко мне интерес — теперь он был намерен заняться Муром.
Я направился к двери. Неожиданно для себя снова споткнулся о порог. Досадно.
