— Видели бы вы, сколько народу собирается в такие дни. Тема вечера объявляется заранее, и люди приходят в костюмах и масках. Вход обычно свободный, если вы собираетесь только танцевать…
Ага, зато напитки подаются по двойной цене. Знакомая схема. В столичных Игорных домах обыкновенно еще подрабатывает какой-нибудь третьесортный маг, всех способностей которого хватает на приготовление иссушающего эликсира. Эликсир этот подливают в питье, которое более не утоляет жажду, но лишь притупляет на весьма непродолжительное время, а потом мучает человека с удвоенной силой.
Гориан продолжал:
— Кое-кого легко узнать. Но Мирана — не племянница графини. Ею особенно никто и не интересовался.
— И как, ей везло в карты? — спросил я. Гориан пожал плечами.
— Бывало по-разному. Иногда она рыдала от злости. Как-то порвала мои черновики в клочья, — он мечтательно улыбнулся. — Но случалось, что ей несказанно везло.
— Вам приходилось встречаться с Румелом Фарфалем?
Гориан даже не задумался.
— Не буду притворяться, будто не понимаю, о ком вы.
— Мирана играла с ним?
— Хм… вполне возможно. Это ведь были маскарадные игры.
Что это проскользнуло в его голосе? Слишком похоже на нотки недовольства… Намек на возможное знакомство Мираны и Фарфаля настолько огорчает Деспара Гориана? Hy, что же, это не единственный неудобный вопрос, который я хотел бы задать.
— Мирана действительно воровала у графини?
Гориан нахмурился и неожиданно твердо сказал:
— Я ничего об этом не знаю.
Жаль. Хотелось бы уже внести ясность в дело.
— Скажите, господин Гориан, видели ли вы когда-нибудь в доме графини или, возможно, у кого-то из девушек, старую круглую брошь с потускневшим жемчугом?
Гориан бросил на меня внимательный взгляд. А, понимает, о чем вопрос. Имея в дядюшках губернатора, он, надо думать, получил доступ к сведениям о расследовании. Не ожидал, что господин Одэ так любит поделиться новостями с окружающими. Надеюсь, не со всеми подряд.
— Это было бы странно, — сказал Гориан. — У графини есть предубеждение по поводу брошей. В семье Терру существует легенда: один из предков был неудачлив в любви. Его невесту отравила собственная сестра из ревности…
— Я слышал эту историю. И, тем не менее: вы видели похожую брошь у Эльды или Мираны?
— Нет, герцог. Не припомню такого случая.
Прозвучало очень двусмысленно. Собиратель рутиноярских легенд и знаток истории Гарета Лоэнрина уж точно обратил бы внимание на примечательную вещицу… А мог бы первым понять, где ее отыскать, раз уж получил доступ к письмам, связанным со старыми рутиноярскими трагедиями.
— Мой отец владеет железоделательными заводами, а дядя — продает оружие. Какая нужда может связывать их с деревянщиком? — вопросила Шарлотта в заметном раздражении.
— Любому человеку, который тяжело трудится, нужно кресло-качалка, — проговорил я. — Придумайте что-нибудь.
Шарлотта возмущенно фыркнула.
— Объяснитесь, герцог! С какой радости я должна решать ваши проблемы?
Я остановился, развернулся к девушке. Ну, вообще — не должна, конечно. Но так ведь веселее. Не знаю, как ей, а мне так точно. Я вкрадчиво поинтересовался:
— Дорогая, вы помните, что Соленмур Агат — мой вассал, и я даю согласие на его брак?
Шарлотта задохнулась от возмущения.
— Вы! Вы… шантажируете меня?!
— Да что вы, нет, конечно. Но я буду шантажировать его всю оставшуюся жизнь, напоминая, как я был щедр…
— Да как только вам…
— Вижу, вы против. Выходит, полагали, что в браке будете только получать? А как же огонь, вода и железные сапоги, которые нужно стоптать ради собственного счастья?
— Хватит рассказывать мне сказки!
— И то верно. В таком случае, напоминаю вам о праве первой брачной ночи. Я помню, что вас по совершенно непонятной мне причине не привлекает этот древний и, безусловно, уважаемый предками обычай. Что же, предлагаю альтернативу в виде посильного содействия в расследовании. Мур бы согласился, но тогда мне пришлось бы и дальше таскать его на закорках. Так что единственно разумное решение для вас — самой выполнить его обязанности. Пользуйтесь, пока я готов попирать традиции ради вашего с Муром счастья.
Шарлотта вполне натурально зарычала, но, заметив, что меня это забавляет, заставила себя успокоиться, лишь едко вздохнула:
— Благодетель вы наш. Что же, господин герцог, я вас услышала.
В глазах девушки плескался расплавленный металл. Я сделал вид, что не заметил и лишь благосклонно кивнул. Конечно, интересно было бы посмотреть, до какой степени птичка готова залезть в бутылку. Но сейчас основная моя цель — расследование. Потерпим.
Мы собирались нанести визит господину Уллему, тому самому, который нашел в заводи тело Румела Фарфаля. Мур по-прежнему был мне не помощник. Выглядел он откровенно жалко. С явным трудом заставил себя воздержаться от просьб оставить его невесту в покое. А раз не просил — я волен поступать, как вздумается. Вот я и поступил. Тем более что помощь Шарлотты действительно кстати.
