Всего лишь папа полностью

Мадонна, раннее отцовство что, по наследству передается?!

— Разве я не рассказывал тебе о контрацепции? — уточнил я. Интересно, когда иссякнут мои нервы? Видимо, скоро…

— Рассказывал. Я не знаю, как это случилось, я всегда был крайне осторожен, — понуро проговорил мой высокий бородатый сын.

— Понимаю… Я думал, сейчас презервативы делают более качественно, чем в мою молодость… — Я задумчиво потер подбородок, глядя на его склоненную голову. Не представляю моего сына отцом! Может, мои родители, конечно, тоже не могли меня представить в роли отца, когда я сообщил им, что вознамерился жениться, но я сам себе казался вполне подходящим на эту роль. И потом, к моменту наступления этого события я уже окончил лицей, учился в университете и даже подрабатывал вечерами официантом! А Элио… Санта Мадонна! Аттестат зрелости под вопросом, в кармане контракт с тренером… — Ты теперь расторгнешь договор с тренером?

— Нет! — воскликнул Элио. — Это даже не обсуждается!

— Она согласна уехать с тобой в Англию?

— Папа, о чем ты?!

— В каком смысле? — Я почувствовал, как сошлись на переносице мои брови от мыслительных усилий. — Ты разве не собираешься жениться?

— Нет, конечно! Я не планировал связывать себя по рукам и ногам в восемнадцать лет! — заявил мой сын.

Che stronzo!

— Ну, знаешь ли… — Я даже растерялся от его ответа. — Я в двадцать лет тоже не планировал жениться. В те годы у меня на уме было только… — Я прикусил язык. — Ладно, оставим, — махнул я рукой. — Но когда твоя возлюбленная говорит, что беременна, ничего другого не остается.

— Папа, это не моя возлюбленная.

Я с видом глупой курицы уставился на сына, стараясь вникнуть в смысл произнесенной фразы.

— Выражайся яснее, — попросил я, — мой мозг не способен угадать подобные хитросплетения.

— Мы познакомились с ней случайно, когда были на соревнованиях. Провели одну ночь и расстались, я даже имени ее не запомнил. А теперь она нашла меня в фэйсбуке и сказала, что беременна.

— Прелесть какая! — оценил я без намека на радость. Я хотя бы с ума сходил от его матери, когда в мои девятнадцать она сообщила, что я скоро стану отцом. А этот вообще не понятно, с кем связался. — Она спортсменка что ли?

— Гимнастка. И аборт делать поздно, — сообщил Элио. Я чуть не задохнулся от возмущения. Аборт?! Да он спятил?! Я категорически против абортов! А Элио продолжил как ни в чем не бывало: — Она на тренировке потеряла сознание, попала в больницу и там узнала, что на пятом месяце.

— Залетела так залетела… Как можно дожить до пятого месяца и не знать, что носишь ребенка? — Я недоуменно посмотрел на Элио, вспоминая, что у его матери даже к середине первой беременности, одноплодной, был вполне заметный живот. Впрочем, спрашивать об этом Элио бесполезно: что он знает о беременности? — Но она уверена, что ребенок твой? — спросил я настороженно. Не внушали мне доверия молодые спортсменки.

— Она говорит, что у нее не было никого в тот период.

— В тот период… — повторил я озадаченно. — Вот что, Элио, в этой ситуации, наверное, надо сначала выяснить, точно ли ты отец.

— Как?

— Анализ ДНК ребенка.

— Но он еще не родился.

— Насколько мне известно, нынче можно и ДНК плода сделать. Наверное, недешево и сложно… — рассуждал я, думая о том, стоит ли мучить несчастный плод взятием этого анализа или лучше подождать? Четыре месяца вряд ли что-то решат в подобной ситуации. Хотя лично я в принципе не знал, что в такой ситуации делать. Жениться? На женщине, которую видел одну ночь в жизни? Бред.

Элио прошелся по гостиной, потом остановился у окна и сел на подоконник.

— Она-то что говорит? — без эмоций спросил я.

— Ничего. Сообщила мне эту новость — и все.

— И даже не потребовала встретиться, жениться, платить алименты? — недоверчиво уточнил я.

— Об этом мы не говорили, папа! — нервно отмахнулся Элио. — Она только вчера мне об этом сообщила. Просто сообщила — и все!

— Ок, я понял, — остановил я поток возмущения. Я понимал, что он нервничает, не знает, что делать. Я и сам не представлял, как поступить.

Porca miseria Это же мой внук! Причем неизвестно от кого! Мадонна! Я ведь через четыре месяца стану дедушкой!

Я подошел к зеркалу, висящему на стене и внимательно всмотрелся в свое отражение. Потом схватился за голову. Немыслимо!

Хлопнула входная дверь, и я подпрыгнул, будто меня кнутом хлестнули. Нервы не к черту.

Через мгновение в гостиной возникла Иоланда.

— Чао, папа, мне надо с тобой поговорить!

Меня натурально передернуло.

— Иоле, porca troia! Вы смерти моей хотите?! — вскричал я.

Иоланда испуганно уставилась на меня большими глазами.

— Что случилось?!

— Именно этого я и опасаюсь! Что еще случилось?!

— Еще?! Нет, у меня ничего не случилось, на самом деле… Я скорее хочу поведать тебе кое-что интересное… — с крайне растерянным видом пробормотала она.

— А, уже лучше… — Я облегченно вздохнул и обессиленно опустился на диван.

— Но что стряслось у тебя?! — Кажется, Иоланда не на шутку встревожилась.