Я рвано выдохнула и кивнула. Постаралась заглянуть вглубь себя, почувствовать что-то необычное, незнакомое, но то, что по праву являлось частью меня. Я представляла белый свет, горящий в самом центре моего естества, звала его, искала хоть самый незначительный отклик, слабый блик или едва трепыхнувшийся кусочек тени. Пыталась зажечь этот белый костер, что так легко полыхал, даже не требуя моего участия, каждый раз, как я была в гневе. Но, кажется, я для этого использовала какое-то не такое огниво. От усилий на лбу у меня выступила испарина.
– Скажите мне что-нибудь обидное, – нетерпеливо попросила я, открыв зажмуренные от усилий глаза и подняв взгляд на Его Светлость. Он сжал на мгновение губы, а потом заговорил. Каждое слово хлестало, как пощечина:
– Мари, ты бесполезная! Из-за твоей никчемности сейчас умрет единственный человек, для которого ты хоть что-то значишь! Подбери сопли и выпусти уже наружу свою бестолковую магию!
Речь лорд-канцлера произвела неожиданный эффект: вместо того чтобы как следует разозлиться, я зарыдала. Понимая всю справедливость слов Его Светлости, я могла с ними лишь согласиться. И про никчемность, и про бесполезность – все это оказалось горькой озвученной правдой, истиной, спорить с которой даже и смысла-то не было. По сравнению с мужчинами, что разделили со мной путь, сама я оказалась никудышным балластом, слабым звеном, способным лишь доставлять проблемы, но никак не помогать их решать.
– Вы правы-ы-ы, – взвыла я от бессилия и спрятала лицо где-то в районе живота лорд-канцлера. – Я бесполезная, и магия у меня какая-то сломанная. Я только балласт для вас всех, лучше бы вы и не брали меня с собой…
– Ох, Мари, не такого я ждал эффекта, – Его Светлость обнял меня и принялся легонько покачивать, словно младенца. В какой-то степени я им и была – девушка без возможности ходить и не знающая, как найти подход к своей собственной магии… – Мы обязательно со всем разберемся, верь мне. Хорошо?
– Хорошо, – шмыгнула, кивнула и некультурно вытерла нос о собственное плечо. Совсем рядом мигнула на ладони, напоминая о себе, золотая метка в виде отпечатка лапы, что оставила мне в благодарность медведица. – Ваша Светлость! – шепотом выдохнула я, боясь спугнуть удачу. – Мы можем вызвать медведицу!
– Отличная мысль! – стиснул меня лорд-канцлер. – Зови ее, и пусть медведица ставит тебя на ноги, раз уж ты умудрилась спасти ее.
Как работает метка вызова магического животного, мне никто не объяснял, но в этом случае оказалось достаточным просто довериться интуиции. Вот бы и с моей магией все было так же легко и просто! Я всей душой потянулась к метке, сосредоточилась и позвала медведицу. Через мгновение печать нагрелась, исчезая, а то место, где мы находились, осветилось золотистым сиянием, исходящим от магического зверя. Медведица выглядела здоровой, ее шкура лоснилась, переливалась золотистыми искорками, словно игралась ими, а движения животного были плавны и легки. Мягко ступая могучими лапами, медведица подошла ко мне и обнюхала, дольше всего задержалась в низу живота, видимо, в районе того места, на который пришелся ушиб. После коротко рыкнула и лизнула меня в щеку.
– Нет, не меня, – я заглянула в умные шоколадного цвета глаза и увидела в них свое жалкое, беспомощное отражение. – Вылечи его, – подбородком указала в сторону, где неподалеку лежал Андрэ. Его дорожный сюртук, наверняка пропитавшийся кровью, блестел в свете луны, а лицо по цвету приближалось к цвету его рубашки, которая, как и у всех аристократов, почему-то всегда была белой. – Иди, – поторопила я медведицу, и та, хоть и нехотя, но пошла.
Остановилась возле молодого герцога, засияла так, что от яркости начало резать глаза – я словно смотрела на солнце, а потом облачко золотых искр, оторвавшихся от шкуры животного, осыпалось дождем на Андрэ, на какое-то время превратив того в подобие золотой статуи. Вскоре волшебное облачко медленно истаяло, будто впиталось в тело герцога. По мере того, как растворялись магические искры, растворялась в пространстве и медведица. Последними исчезли необычно умные глаза животного, в которых я явственно прочла сожаление, приправленное легкой ноткой упрека: «ты сама сделала этот выбор».
– Идемте, – нетерпеливо позвала я Его Светлость, когда на поляне мы снова остались одни, а все магическое сияние покинуло нас вместе с медведицей.
– Ты что натворила? – наконец ожил лорд-канцлер и уставился на меня безумным взглядом.
– Помогла герцогу Ламандскому, – не понимая, в чем дело, ответила я. – Мы же именно за этим отправились в горы. Правда вылечить его до конца медведица не смогла – токсин, воспользовавшись слабостью организма, распространился до критического уровня. Но скоро мы получим антидот, и уже он поставит Андрэ на ноги…
– Ты должна была спасти себя, а потом помочь герцогу! – заорал на весь лес Его Светлость, а я вздрогнула от ярости, что пылала в его глазах.
