– Ну да, – подтвердил Джуффин. – Но тебе не следует слишком волноваться насчет предстоящей битвы с нашими коллегами, – заговорщическим шепотом добавил он. – Они сейчас, конечно, в такой хорошей форме – слов нет. Но я, видишь ли, немного слукавил, когда сказал тебе, что ты единственный, кому удастся сохранить разум, когда Пустое Сердце раскроет свои лепестки.
Я удивленно уставился на него. Что еще за сюрпризы припрятаны в рукаве у этого хитреца? В мое сердце тут же постучалась незваная гостья. Юродивая дурочка надежда заглянула ко мне на минутку, чтобы шепнуть: «Сейчас он скажет, что в очередной раз разыграл тебя в воспитательных целях, дружелюбно сообщит, что ты опозорился, и все встанет на место».
«Ага, размечтался!» – снисходительно буркнуло второе сердце. Оно всегда было много мудрее, чем моя бедная голова.
– Я тоже буду в полном порядке, – подмигнул мне Джуффин. – Можешь мне поверить: у меня есть что противопоставить этому грешному цветку. Я пойду к Пустому Сердцу, повинуясь не его зову, а собственному трезвому расчету. Покинуть наш прекрасный Мир, превратившись напоследок в сбрендившего идиота, не способного контролировать собственные действия, – это не по мне. Я сделаю свой последний шаг добровольно, ясно осознавая, что и зачем я делаю, – в противном случае все грядущие чудеса не имели бы никакого смысла, во всяком случае для меня. Поэтому тебе не стоит беспокоиться о сражении с нашими коллегами. Я буду рядом и, в случае чего, помогу.
– Если так, то я вообще не понимаю, зачем я вам понадобился. Вы спокойно могли отпустить меня куда угодно. Вы же справитесь со всеми четверыми одной левой.
– Ну, видишь ли… Я, конечно, всю жизнь работал без страховки. Но в таком ответственном деле лучше иметь помощника. Тот самый случай, когда я просто не могу позволить себе никаких неожиданностей. А кроме того – неужели тебе не приходит в голову, что я просто решил сделать тебе подарок? Скорее всего, незаслуженный, но я, знаешь ли, не люблю мелочиться. Ты станешь свидетелем величайшего из чудес этого Мира, хочешь ты этого или нет.
– Ну да, только за билет в первый ряд придется заплатить четырьмя головами, – мрачно кивнул я. – Глупыми горячими головами, которые почему-то решили остаться в Ехо и посмотреть, что будет. Или это вы их приворожили?
– Не сгущай краски, – беззаботно отмахнулся Джуффин. – Ребят приворожил не я, а возможность приобщиться к тайне Пустого Сердца. Они куда мудрее тебя, сэр Вершитель, и отлично понимают, что в этом Мире является сокровищем, а что – карнавальной мишурой, которую можно сжечь в саду, чтобы не путалась под ногами. И потом, никто не заставляет тебя их убивать. Правая перчатка сэра Шурфа в твоем полном распоряжении – чего тебе еще? Чем ты недоволен, сэр зануда?
– Не знаю. Просто все не так, как надо.
– А как надо-то? – ехидно спросил Джуффин. – Ты знаешь? Давай, рассказывай.
– Не знаю, – повторил я. – Но не так. Как-то иначе. Впрочем, уже все равно ничего не изменишь, да? А знаете, что хуже всего? Я вам больше не верю. Совсем.
– Что ж, значит, ты стал немного умнее, только и всего, – усмехнулся Джуффин. – Верить вообще никому нельзя. Неужели я никогда тебе этого не говорил? А уж верить мне… Выразить не могу, насколько это глупо.
– Да, – равнодушно согласился я. – Можете поставить мне двойку. Дневника у меня, правда, нет. Ничего, можете на лбу нарисовать, кровью нерожденного младенца – так даже эффектнее.
– Иди проветрись, сэр Макс, – добродушно сказал Джуффин. – Прогуляйся или перекуси – когда еще доведется. На трактиры, правда, рассчитывать больше не приходится, но ведь Щель между Мирами никуда от тебя не делась. А то шутки у тебя получаются натужные. И совсем не смешные – куда хуже, чем обычно. Хотя ты и в лучшие времена был не таким великим остроумцем, как тебе самому почему-то казалось – уж прости меня за откровенность. Все равно мне нужно закончить пару дел, а ты меня отвлекаешь. А через час я буду в твоем полном распоряжении – до самого конца.
Он звонко рассмеялся, явно наслаждаясь тягостным впечатлением, которое произвела на меня его формулировка: «до самого конца». Все к лучшему, я наконец-то понял, что уход Джуффина не принесет мне ничего, кроме неописуемого облегчения. Сэр Джуффин Халли, человек, который долгое время был центром моей маленькой личной Вселенной, мой добрый друг и эксцентричный учитель, веселый товарищ по самым невообразимым переделкам и заботливый опекун, спасавший мне жизнь столько раз, что я уже давно перестал понимать, кому из нас она теперь принадлежит, – одним словом, господь бог и добрый дядюшка в одном лице, исчез еще несколько дней назад. Я больше не сомневался, что возвращаться он не собирается.
