Спутник широко улыбнулся. Все вместе они оттащили тело в глубину амбразуры, и место часового занял солдат с кнопкой сигнализации. Другие прикрыли Трию своими телами и вошли в здание. Вся операция продолжалась не более двух минут.
Пока все шло гладко, как и ожидала Трия, планируя операцию.
Вестибюль и отходящие от него коридоры были пусты.
Отлично!
Ее агент заслуживает повышения.
Они поднялись наверх по лестнице, не доверяя лифту. Подняться нужно было всего на три коротких лестничных марша. Холл наверху тоже был пуст. Трия повела свой отряд к нужной двери, ключ от которой получила от агента. Дверь беззвучно открылась, и они вошли внутрь.
Шторы были опущены, освещение выключено, и в комнате царил полумрак. Спутники Трии встали у закрытой двери и вдоль боковых стен. Это был самый опасный момент: здесь Трии предстояло действовать самой.
Свет проникал снаружи сквозь узкие щели жалюзи южного окна. Трия различала смутные силуэты мебели, разглядела и кровать, на которой виднелась какая-то темная масса.
– Джедрик! – шепотом позвала Трия.
Ноги Трии коснулись мягкой ткани, сандалий, стоявших на полу.
– Джедрик?
Голенью Трия ощутила край кровати. Девушка подняла руку с пистолетом и протянула руку к темной куче, но это оказался всего лишь ком смятого постельного белья. Трия обернулась.
Дверь ванной комнаты была закрыта, из-под нее пробивалась узкая полоска света. Трия отбросила ногой одежду и сандалии, встала с одной стороны двери, а солдатам жестом приказала стать по другую сторону. Все это было проделано без малейшего шума.
Трия осторожно опустила ручку двери и рывком распахнула ее. Ванна была до краев заполнена водой, а в ней лицом вниз плавало тело. Рука безвольно висела на краю ванны. Темно-пурпурная рана виднелась за левым ухом мертвой женщины. Трия подняла голову убитой за волосы и посмотрела в лицо трупа, а потом медленно, стараясь не плеснуть водой, опустила голову обратно в воду. Это была ее агент, человек, на которого она целиком и полностью полагалась, готовя эту операцию. Смерть наступила от ритуального говачинского удара, оставившего темно-красную зияющую рану. Говачин ударом своего когтя оглушил жертву, а потом утопил ее? Или это всего лишь инсценировка говачинского ритуала?
Трия вдруг поняла, что операция провалилась, почувствовала неуверенность своих спутников. Она решила прямо из ванной связаться с Гаром, но чувство страха и отвращения пересилило. Она вышла из помещения, вернулась в спальню, раскрыла коммуникатор и нажала кнопку экстренного вызова.
– Центр, – услышала она напряженный голос.
Сама она изо всех сил старалась сохранить хладнокровие.
– Наш агент мертв.
Молчание. Она явственно представила себе, как все они там сгрудились вокруг приемника.
– На месте?
– Да, ее убили.
Послышался голос Гара:
– Этого не может быть. Я говорил с ней меньше часа назад. Она…
– Ее утопили в ванне, наполненной водой, – перебила его Трия. – Сначала ее ударили – чем-то острым по голове, за ухом.
Повисла тишина, очевидно, Гар пытался осмыслить происшедшее. Он чувствовал ту же неуверенность, что и Трия.
Девушка взглянула на своих спутников: они у дверей, держа оружие наготове. Да, если будет атака, она последует оттуда, из холла.
Канал связи оставался открытым, и теперь Трия слышала короткие отрывочные приказы, но понятны были лишь отдельные слова: «…отряд… не дайте… время…». Затем она отчетливо услышала: «Они заплатят за это!»
Она попыталась заново оценить действия Джедрик.
По каналу связи снова раздался голос Гара:
– Есть ли непосредственная опасность?
– Не знаю, – неохотно призналась Трия.
– Оставайся там, где находишься. Мы высылаем подкрепление. Я поставлю в известность Броя.
Вот как, значит, смотрит на это Гар. Да, наверное, это единственный верный способ справиться с ситуацией. Джедрик перехитрила их. Нет смысла действовать в одиночку. Теперь надо работать по плану Броя.
Трия дрожала, отдавая приказы своим спутникам. Они приготовились дорого продать свои жизни в случае нападения, но Трия уже сомневалась, что последует атака. Это был еще один явный намек со стороны Джедрик. Правда, оставался сущий пустяк – разгадать его смысл.
