– Тогда нам понадобятся дождевики. Думаю, они до сих пор в сарае.
Я направилась следом за ним вдоль коттеджа к причалу. Повозившись с ключом, отец отпер навесной замок и принялся шарить в поисках дождевиков. Я тоже вошла внутрь. Мой локоть наткнулся на складные стулья, на пол упала большая красная сумка.
– Извини, – пробормотала я, поднимая увесистую продолговатую сумку.
Отец оглянулся через плечо.
– Ничего страшного, милая. Это просто палатка.
Затем он торжествующе потряс в воздухе дождевиками.
– Это она заменила желтую? – Водрузив сумку на место, я похлопала по ней. – Давным-давно, как раз перед тем штормом?
– У нас никогда не было желтой палатки, – быстро произнес он.
Его слова полоснули меня, оставив по себе острую боль, как от пореза бумагой. Не знаю, что именно в его ответе меня так задело. Это длилось всего несколько секунд, но я не могла ошибиться.
Отец на мгновение замер, сжимая куртки в руках, а затем встряхнул их еще сильнее. Воздух наполнился хлопающими звуками.
– Нам пора. Пока дождь не усилился. – Он сунул куртку мне и вышел.
Натягивая рукав, я двинулась следом. Отец шел с опущенной головой и весь словно съежился, стал меньше. Ничего общего с той высокой фигурой, к которой я привыкла.
Так мы и шли: он впереди, прокладывая путь к водопаду, я – в нескольких ярдах сзади.
Водопад встретил нас оглушительным ревом, еще более громким, чем прежде, словно рычал на нас за долгое отсутствие. Грандиозная панорама из тумана и брызг. Мы стояли, взирая на его необъятность и бесконечную глубину. Водяные нити тянулись вниз, с размаху вонзаясь в то, что скрывалось у подножия. Я заметила, как отец, не поворачивая головы, смотрит на меня краем глаза. Что он хотел найти? Какую потерю выискивал?
Я шагнула вперед, потревожив разрыхленную дождем землю. Несколько серых камешков сорвались вниз.
Как там говорил папа?
Грохот водопада эхом отдавался у меня в животе, пробуждая воспоминания, в которых не осталось ничего, чем можно дорожить. Разрозненные обрывки плавали вокруг, сливались воедино, образуя… что именно? Я боялась об этом даже подумать.
Отец повернулся, чтобы идти назад, к домику. Я задержалась на несколько минут, глядя вниз, и почувствовала легкое головокружение при мысли о том, сколько дотуда лететь.
Вымокшая и опустошенная, я двинулась обратно тем же путем, которым пришла. Папа ждал меня позади коттеджа, глядя на фигуру возле окна.
Она стояла почти на том же самом месте, где я впервые ее увидела. Руки были скрещены, а губы растянуты в нечто среднее между гримасой и ухмылкой.
– Привет, Айла.
Джоди Ли: Вы в состоянии закончить интервью?
Марлоу Фин: Да… Извините. Я готова.
Джоди Ли: Через тридцать минут после ухода со съемочной площадки Марлоу все же вернулась, чтобы продолжить интервью. На сей раз одна. Невзирая на возражения своей команды, она настояла, чтобы никто не входил в студию. По возвращении она выглядела более уравновешенной и собранной.
На этом отрезке нашего интервью события приняли неожиданный оборот – то, чего не могли предвидеть ни я, ни наши продюсеры.
Джоди Ли: Вы точно готовы, Марлоу? Я собираюсь задать несколько сложных вопросов. Вы сами дали согласие. Никаких ограничений.
Марлоу Фин: Давайте с этим покончим.
Джоди Ли: 7 сентября 2020 года исчезает ваша сестра, Айла Пэк-Форд. Вы последняя, кто видел ее в живых. Как вы это объясните?
Марлоу Фин: У меня нет объяснений.
Джоди Ли: Ее кровь найдена в сарае. На вашем платье. И у вас нет объяснений тому, что случилось с вашей сестрой?
Марлоу Фин: Вы не понимаете, Джоди. Я просто
Джоди Ли: Со стороны выглядит так, будто вы лжете.
Марлоу Фин: Знаю.
Джоди Ли: Похоже, объяснение есть у вашего отца. Судя по всему, он думает, что это сделали вы. Что вы хладнокровно убили свою сестру.
Джоди Ли: После исчезновения дочери Патрик Пэк недвусмысленно и во всеуслышание заявил о том, что считает Марлоу виновной в случившемся.
Джоди Ли: Отец не называл вас своей дочерью с того самого дня в сентябре 2020 года. Он называет вас только Марлоу Фин.
Марлоу Фин: Как и все остальные.
Джоди Ли: Вас это беспокоит?
Марлоу Фин: То, что он не называет меня своей дочерью? Или что считает убийцей?
