С тех пор девочки меня не покидали. Кто-нибудь из них обязательно брал меня домой на зимние каникулы. Однажды Аруна решила провести Рождество вместе с Лиамом и его семьей. Меня тоже пригласили к ним на праздничный ужин. Семья Лиама оказалась очень милой и приветливой, а его двоюродный брат Керри — сексуальным, и он охотно позволял делать с ним все, что я захочу. Наши отношения продолжались недолго, зато Новый год и День Святого Валентина в том году определенно прошли веселее.
По прошествии четырех лет, закончив обучение, каждый из нас пошел по уже выбранному пути. Кто в юриспруденцию, кто в медицину. Меня ожидала полицейская академия. Тогда мне показалось, что это конец нашей дружбе и «моя семья» скоро покинет меня. Но тут Лиам принял важное решение и сделал Аруне предложение, так что она осталась рядом. А девочки и не собирались пропадать. Я в окружении четырех очаровательных, умных, великолепных и талантливых женщин всегда был предметом зависти у знакомых парней-натуралов.
— Как тебе это удается? — спрашивали меня периодически.
Я просто пожимал плечами и отвечал, что безусловно люблю их всех одинаково. И это было чистой правдой. Любая из них могла бы позвонить мне посреди ночи с просьбой помочь спрятать труп, и я без лишних вопросов, с лопатой и мешком извести в багажнике и полным баком горючего примчался бы на любой конец света. Пока такого случая нам не представилось, но Кэтрин все же готовилась, если вдруг что-то произойдет с ее свекровью.
***
— Я ВЕРНУЛАСЬ, — провозгласила Дженет, заходя в переднюю дверь. За ней пошатываясь следовал Цыпа.
— Ты что, совсем вымотала собаку? — спросил я с дивана, где лежал растянувшись. Цыпа подбежал ко мне, лизнул в подбородок, а затем направился на кухню к миске с водой и, что важнее, к Аруне, которую он обожал.
Моя подруга не была любительницей собак, но с первой же встречи привязалась к Цыпе. Кроме Яна и Аруны, псу настолько же сильно нравился только муж Аруны, Лиам.
— А вот и он, — промурлыкала женщина, обращаясь к этому оборотню. — Вот мой ангелочек. Я соскучилась по нему, да, соскучилась. Ой, я так скучала.
А Цыпа поскуливал от счастья. Слышно было даже с дивана.
— Посмотри, что мамочка тебе принесла!
— Аруна, прекрати кормить собаку человеческой едой, — я попытался остановить подругу.
— Это же стейк, да, именно он, — твердила она псу, продолжая игнорировать меня.
Господи!
— Не давай ему никакого мяса!
— Мы ведь не собираемся его слушать, правда? Нет. Конечно же не собираемся, ни за что. Он ведь самый настоящий зануда, да.
Я сдался, потому что Аруна все равно сделает, как захочет.
— Слушай, — резко произнесла Дженет.
— Что?
— Что я хочу сказать — вымотать этого пса просто нереально. Но держу пари, у меня это получилось лучше, чем у твоего напарника.
Я усмехнулся.
— Он сущий монстр, ты даже не представляешь.
— Возможно, он и бегает быстро, но я бегаю на дальние дистанции, — съязвила она. — Мой муж едва поспевает за мной.
— Кстати, о твоем муже. Не пора ли тебе домой?
— Замолкни, — пробормотала Дженет, проходя мимо меня в кухню, где Аруна готовила что-то восхитительно пахнущее.
— Дай собаке воды, — велел я.
— У него есть вода, — доложила мне Аруна. — И мясо.
Я застонал и оглянулся в поисках поддержки.
Кэтрин наверху, в лофте, разговаривала по телефону с мужем, и время от времени я слышал ее глубокий гортанный смех.
— Итак, — смиренно произнесла Мин, усаживаясь рядом со мной диване и подобрав под себя ноги. — Как ты себя чувствуешь?
Я слишком хорошо ее знал, чтобы поверить в искренность смирения. Она пыталась загнать меня в ловушку. Так же она начинала и в суде: милая и пушистая, словно зайка, а через минуту уже тигрица.
— Гораздо лучше.
Ее притворная улыбка внушала ужас.
— Ой, ради бога, давай уже выкладывай.
— Ну ладно. Что у тебя на любовном фронте?
Наступила тишина.
— Перезвоню тебе, — услышал я голос Кэтрин. Через пару секунд она была уже внизу, а Аруна с Дженет появились в дверях кухни.
Как почуявшие добычу стервятники.
Боже!
Я вытащил из-за спины одну из диванных подушек и уткнулся в нее лицом. Спустя несколько мгновений убрав подушку, я обнаружил, что четыре мои подруги расселись. Трое заняли места вокруг журнального столика и внимательно на меня смотрели, а Мин даже не пошевелилась.
— Давай рассказывай, — попыталась выудить подробности Дженет.
— Вы все такие красотки, — произнес я, чтобы хоть что-то сказать. Но все же, я ведь не соврал.
Кэтрин нахмурилась, заправляя за ухо длинный черный локон. Прядь выбилась из ее французской косы. Будучи хирургом, она привыкла ее заплетать, убирая волосы от лица.
— Отвечай на чертов вопрос.
— Ты слишком много ругаешься.
— А тебе нравится напоминать мне об этом, — произнесла она высокомерно. — Говори уже.
— Да, говори, — ласково сказала Дженет. — И если есть что-нибудь пикантное...
— Начни именно с него, — подсказала Мин. — Люблю пикантные подробности.
— О чем ты...
— Знаете, кто горяч? — вздохнула Аруна. — Его начальник.
— А я его не видела. — Голос Дженет прозвучал печально. — Расскажите мне.
— Твой босс такой соблазнительный, — сказала Аруна, ехидно поглядывая на меня.
