Он разорвал поцелуй, чтобы перевести дыхание, и я вытащил свой член из него. Его вскрик удивил меня; и когда я лег на спину и передвинулся к краю кровати, Ян схватил меня, скрестив мои запястья над головой, удерживая одной рукой на месте, а другую положил мне на грудь.
— Почему ты остановился?
— Поставь одну ногу на пол, а другую перекинь через меня — указал я, — а потом опустись сверху. Ты достаточно силен, ты можешь это сделать.
Дойл кивнул, сделав так, как я сказал: наклонился надо мной, одной рукой зарывшись в мои волосы, а другую устроил на моей груди. Я вошел в него.
— Господи, Миро, я чувствую себя наполненным.
— Под этим углом все иначе, — сказал я.
Положив руки ему на бедра и крепко удерживая на месте, я выскользнул, а затем резко вошел.
Ян приоткрыл рот, но не издал ни одного звука, только тяжело задышал. Он просто чувствовал. Ощущения были ошеломляющими, пока я снова и снова таранил его, не останавливаясь, желая только одного — быть внутри этого мужчины. Я потерялся в этом действии — все остальное перестало иметь значение.
— Миро!
Ян с криком взорвался мне на грудь и живот, и я потянул его вниз, насаживая на свой член, а через несколько секунд кончил глубоко внутри него.
В течение долгих минут я видел только белый свет, который до этого взорвался перед глазами, и не так-то легко было вернуться в реальность. Однако, как и всегда, я почувствовал тяжесть взгляда Яна. Этот цвет, глубокий темно-синий, надо было видеть.
— Ты в порядке? — спросил я.
— Да, — ответил он. Но я не мог пошевелиться, пока он был сверху.
— Нужно немного почистить тебя.
— Давай примем душ, переоденемся и поедем за нашим свидетелем.
— Не хочешь вздремнуть? — Я буквально пропищал, сам того не желая.
— Не хочу, — сказал Ян, склонившись надо мной. — Но я тебя накормлю. — Ян снова поднял мои руки над головой, но на этот раз прижал каждое запястье к матрасу, и навис надо мной. — Ты голоден?
— Проголодался.
— Ты в порядке?
— Да, — ответил я, не в силах сдержать улыбку.
— В какой-то момент нам придется поговорить.
— О чем? — спросил я и едва не задохнулся, когда мышцы его задницы напряглись, послав болезненные ощущения моим сверхчувствительным нервным окончаниям. Мой член стал мягким внутри него, и если звучало это сексуально, то на самом деле ощущалось некомфортно.
— Об этом, это же очевидно.
Я пристально посмотрел на Дойла, отметив красные опухшие губы, прикрытые веки и следы по всему телу. Он был опустошен, невозможно было не заметить.
— Например?
— Ну, например… — ответил Ян, крепче сжав мои запястья и обхватив меня бедрами, — когда вернемся домой, мы снова займемся этим?
Он задал этот вопрос, одновременно пытаясь проверить, позволю ли я ему удерживать меня, доминируя физически. В ответ я выдернул правую руку из его хватки, и прежде чем Ян успел снова перехватить ее, я опустил левую ногу на пол и оттолкнулся, получив достаточно импульса и упора, чтобы перевернуть его на спину и придавить своим весом. Весь этот маневр был быстрым, резким и, самое главное, сильным. Я не упустил из виду его резкий вдох.
— Я хочу, — ответил я, опустился рядом с Яном и притянул его к себе, закинув его ногу к себе на бедро, чтобы мы были близки друг к другу, насколько возможно, были соединены везде. — Но нам необязательно говорить об этом прямо сейчас.
— Я думаю, что следует.
О.
— Думаешь? Хочешь?
— Где мы окажемся? — небрежно спросил Ян вместо ответа, хотя глаза выдавали его, мерцая беспокойством, пока он внимательно смотрел в мои.
Я понимал его внутреннее состояние. Он ждал от меня любого проявления колебаний. Но я рванулся вперед.
— Ты можешь тусоваться со мной у меня дома, когда захочешь, и приводить Цыпу. У тебя уже есть ключ.
— Ага, — задумчиво согласился он.
— А я могу ночевать у тебя, как только получу свой защитный костюм из химчистки.
Ян нахмурил брови.
— И что это означает?
Я расплылся в широкой улыбке. Мне удалось успешно восстановить привычное положение дел и равновесие.
— Все не так уж плохо.
— Дженет и Кэтрин отправились к тебе, чтобы проверить почту, и Кэт сказала, что не вернется туда, не убедившись, что у нас есть ее последние фото.
— Да, но...
— Дженет сказала, что, если я позволю ей взять мой пистолет, она вернется.
— Да ладно. — Ян усмехнулся, откинув голову назад, а я ткнулся носом в его подбородок. Дойл лежал в моих объятиях, и я никогда прежде не видел его таким расслабленным и уязвимым.
Я прижался губами к его горлу.
— Ты ведь останешься?
Я буду спать, где Ян захочет, столько, сколько он мне позволит.
— Ага. — Я просто хотел быть в его постели.
Ян провел пальцем по двум новым шрамам на моем теле.
— Больше так не делай.
— Постараюсь.
— Старайся сильнее.
— Так точно.
***
МЫ ОСТАНОВИЛИСЬ на поздний обед в блинной, сняли значки с груди и закрепили на ремне. Я ел так, словно это была моя последняя трапеза. Кофе, апельсиновый сок или вода — официантка не знала, какие еще напитки я могу заказать.
