— Да, точно, Броклхерст. Он был просто без ума от вас.
Да, именно поэтому она ему и отказала.
— Я понятия не имела, что вы так пристально следите за моей личной жизнью.
— О, не регулярно, конечно, но уши-то у меня на месте, и кое-что я все-таки слышу.
Джулия убрала руку от горла и спрятала ее в складках юбки, чтобы скрыть дрожь. Говорить ровным голосом становилось все труднее.
— И что же вы слышите?
— Только то, что некоторые женщины оберегают свое сердце и не открывают его каждому встречному. А вы, моя дорогая, в этом превзошли их всех.
— Удивительно, но почему-то мужчины называют сплетницами женщин, — произнесла Джулия. — Полагаю, вы считаете себя тем мужчиной, которому достанется пресловутый трофей?
Ладлоу снова захохотал.
— Ваше сердце нисколько не интересует меня.
Джулия отпрянула. Его слова вызвали отвращение даже большее, чем прикосновение.
— Можете не сомневаться, что вы в полной безопасности: мое сердце никаких чувств к вам питать не будет. — Джулия выпрямилась и шагнула в сторону гостиной.
Его рука метнулась вперед и схватила ее за запястье.
— Разве вы не понимаете? Именно поэтому вы и являетесь идеальной невестой для мужчины вроде меня!
Джулия гневно сверкнула глазами.
— Отпустите меня, сэр. И ваши прикосновения, и ваше предложение одинаково для меня неприятны.
— Но…
— Вы слышали леди. Уберите от нее свою руку.
Джулия с силой выдохнула. Бенедикт, расправив плечи, встал между ними, говоря официальным голосом, который отточил в кавалерии.
Ладлоу мгновенно уловил намек.
— Надеюсь, вы хорошо обдумаете мои сегодняшние слова.
Джулия чуть наклонила голову.
— Можете не сомневаться, я уже тщательно все обдумала. А теперь прошу меня извинить, я очень скверно себя чувствую.
Джулия отступила в сторону. Ладлоу дернулся было к ней, но немедленно отшатнулся назад, потому что на него надвинулся Бенедикт. Джулия направилась к лестнице, полная решимости, что этого вечера с нее достаточно.
На нолпути наверх она услышала из фойе голос Ладлоу, сварливо требуюшего у лакея позвать карету.
— Мисс Джулия, подождите.
Услышав голос Бенедикта, она повернулась. Он с непроницаемым лицом стоял у подножия лестницы, положив руку на балясину перил.
— Конечно, — выдохнула Джулия. — Я не хотела вести себя так грубо, но Ладлоу просто невыносим. Я должна тебя поблагодарить.
— Чепуха. — Бенедикт даже мускулом не шевельнул, просто продолжал удерживать ее взгляд, но Джулии показалось, что он безмолвно приказывает ей. Приказывает спуститься к нему.
Вцепившись в перила, она желала только одного — укрыться в спальне и забыть все до единого мерзкие слова, произнесенные Ладлоу. Казалось бы, он всего лишь предложил ей то, чего она сама всегда хотела, но от выражений, которые использовал Ладлоу, в животе все переворачивалось.
А Бенедикт заставляет ее остаться.
Мгновение поколебавшись, он поднялся на две ступеньки вверх. Джулия украдкой посмотрела в сторону гостиной.
Если мать увидит…
— Ну, что такое? — негромко спросила Джулия.
Бенедикт поднялся еще на несколько ступенек, и их лица оказались на одном уровне.
— Я слышал часть того, что Ладлоу говорил.
Джулия так вцепилась в перила, что руке стало больно.
— Я не хочу об этом.
Бенедикт поднялся еще выше и встал на ее ступеньку, вынудив Джулию смотреть на него снизу вверх.
— Я хочу знать все.
Бенедикт никогда не обращался к ней таким тоном, тем самым, каким только что заставил Ладлоу сбежать: тоном, исполненным властности.
Джулия сглотнула — в горле внезапно пересохло.
— Я не могу повторить. Это было настолько мерзко, что с меня достаточно одного раза.
Бенедикт потянулся к ней, его рука на мгновение застыла в воздухе, затем накрыла ее ладонь.
— Именно поэтому я и хочу узнать, что говорил Ладлоу. Если он оскорбил тебя, я вызову его на дуэль.
— О, пожалуйста, не надо.
Бенедикт открыл рот, чтобы ответить, но ему помешали пронзительные голоса, донесшиеся из гостиной.
— Я испытаю огромное облегчение, когда вся эта неразбериха закончится! — Зычный голос леди Уэксфорд заполнил холл, а тяжелые шаги предвещали ее неминуемое появление.
Миссис Сент-Клер выпалила что-то в ответ, но Джулия не расслышала. Бенедикт выбрал именно этот момент, чтобы сжать ее руку и бесшумно увлечь Джулию за собой вверх по лестнице. Добравшись до верхнего коридора, он втолкнул ее в первую же дверь налево.
Кабинет отца тонул в темноте. Бенедикт закрыл дверь, и теперь внутрь пробивался лишь тоненький лучик света из коридора.
— Что ты делаешь? — прошептала Джулия.
— Принимаю меры, чтобы никто не помешал нашему разговору. — Судя по голосу, он подошел к ней почти вплотную. Толстый аксминстерский ковер заглушал шаги. Джулия ничего не видела, но остро ощущала присутствие и осязаемую мощь Бенедикта.
— Ты хочешь, чтобы нас тут застали?
— Маловероятно. С твоим отцом я уже попрощался, подумал, будет благоразумнее не входить в гостиную.
Но Джулия могла думать только о положении, в каком оказалась сестра. Мать не одобряет Бенедикта и устроит все так, чтобы толкнуть ее в объятия Ладлоу.
— Что сделает моя мать, если застанет нас тут?
— Могу только надеяться на это.
