С трудом подавив зевок, я поднялся и пошел в свою комнату. Когда я уходил, они как раз приводили себя в порядок. Вульф подготовил утренний спектакль, пока я спал. Теперь я застал актеров облаченными в ливреи. Пол Уиппл был бодр и глядел вызывающе, а Моултону явно хотелось спать, и он нервничал. Я объявил, что им пора на сцену, и пропустил вперед.
Вульф попросил меня принести стулья, и Моултон бросился мне помогать. Толмен взирал на нас с изумлением.
– Будь я проклят! – воскликнул Петтигрю. – Да это же пара ниггеров! – Он повернулся к Вульфу с явной обидой: – Послушайте, я допрашивал всех этих ребят, и если они…
– Это мои свидетели, которых мистер Толмен хочет представить суду, – отрезал Вульф. – Я говорил, что вы, возможно, будете возмущены. Но держите свое возмущение при себе. – Он обернулся к студенту: – Мистер Уиппл, думаю, сначала мы выслушаем вас. Расскажите этим джентльменам то, что вы поведали мне ночью.
Петтигрю выступил вперед, в глазах его сквозило бешенство:
– Мы в Западной Вирджинии не величаем ниггеров мистерами и не нуждаемся, чтобы кто-то нам указывал…
– Заткнись, Сэм! – резко оборвал его Толмен. – Мы теряем время. Вас зовут Уиппл? Чем вы занимаетесь?
– Я официант, сэр, – спокойно ответил парень. – Во вторник после обеда мистер Серван назначил меня на дежурство в «Покахонтас»…
В результате Толмен все-таки опоздал в суд, потому что уехал из Канауа-Спа уже после половины десятого. Чтобы выслушать рассказ обоих, понадобилось всего четверть часа, но они никак не хотели заканчивать. Толмен все задавал вопросы, а Петтигрю все встревал с замечаниями, что он-де знает, как учился Уиппл и какая наука тому нужна на самом деле. Толмен все время одергивал шерифа и провел что-то вроде настоящего перекрестного допроса. Два или три раза я даже заметил, что Вульф, лениво заканчивающий завтрак, одобрительно кивал, признавая хорошую работу Толмена. Уиппл держался спокойно, но я видел, как трудно было ему не реагировать на выходки Петтигрю. Моултон же начал нервно и сбивчиво, но потом успокоился. Да ему и надо было только отвечать на вопросы Толмена, так как шериф сосредоточился на Уиппле.
Наконец любопытство Толмена было удовлетворено. Он вопросительно посмотрел на Вульфа, перевел взгляд на шерифа и осуждающе взглянул на Моултона.
– Где ваши кепки, ребята? – осведомился Петтигрю. – Нам придется забрать вас в Куинби.
– Нет, – твердо сказал Вульф. – Помните уговор. Они останутся здесь и займутся своими делами. Я уже переговорил с мистером Серваном.
– Мне наплевать, хоть бы вы договорились с самим Эшли! Они посидят за решеткой, пока дело не будет кончено.
Взгляд Вульфа переместился:
– Мистер Толмен?
– Ну… мы же договаривались, что их задержим.
– Да, но потому, что вы полагали, будто эти люди могут покинуть сферу вашей юрисдикции. У них здесь работа, зачем же им уезжать? У мистера Моултона жена и дети, мистер Уиппл учится в университете. – Он посмотрел на шерифа: – Ваше мнение, будто вы умеете обращаться с цветными, а я нет, полная чепуха. Во вторник вечером вы как официальное лицо допрашивали этих людей и ничего не смогли узнать. У вас даже не возникло подозрений. Я побеседовал с ними сегодня ночью и открыл важнейшую для расследования информацию. Уверен, у вас хватит ума понять, как вы дискредитировали себя. Вы хотите, чтобы все узнали об этом? Пф! – Он повернулся к паре в зеленых куртках: – Идите к себе и принимайтесь за работу. Вы понимаете, конечно, что ваши показания потребуются мистеру Толмену, поэтому держитесь в поле его зрения. Ступайте.
Пол Уиппл тут же направился к двери. Моултон, поколебавшись минуту, последовал его примеру, а я пошел запереть за ними наружную дверь.
Когда я вернулся, Петтигрю стоял посреди комнаты и произносил длинную тираду, касавшуюся племенных обычаев и личных черт дикарей. Толмен выглядывал из-за его плеча, засунув руки в карманы и наблюдая за Вульфом, который сосредоточенно собирал по тарелке крошки. Никто не обращал на беснующегося шерифа внимания.
– Итак, сэр? – Вульф поднял глаза.
Толмен кивнул:
– Да, вы, кажется, победили. Похоже, они говорят правду. Они, конечно, могут нагородить что угодно, но на сей раз, похоже, все правда. – Его голубые глаза слегка сузились. – Надо еще кое-что обсудить. Как я понимаю, вас наняли, чтобы вызволить Берена, и еще я слышал, что вам предложили большие комиссионные, чтобы уговорить Берена занять должность Ласцио. Я узнал это от Клея Эшли, а он – от своего приятеля Лиггета из отеля «Черчилль». Естественно, возникает вопрос, до каких пределов вы могли дойти, отыскивая свидетельства невиновности Берена.
