Ведь у меня в голове миллион смыслов этого слова! А у нее? Насколько мы теперь ближе? Что это меняет? Я нихрена не секу в ванильных отношениях… Блять, чувствую себя влюбленным подростком…
– Лекс, за Бель отработаешь в седьмом выходе… – Сэм сует мне в руки распечатку программы, и я киваю. – Я музыку поменял на одиннадцатую композицию.
– Без проблем.
Она останется у меня? Я теперь могу попросить ее об этом?
Наверное, рано еще…
А когда не рано?!
Завтра?
Послезавтра?
А если что-то случится и она передумает?
Наверняка ведь случится…
Нет. Нет. Нет!!!
Только не об этом сейчас…
Просто буду любить, пока она позволит, настолько, насколько позволит… Насколько захочет быть моей.
На сцене не слышу и не вижу ничего! Что, блять, я делаю?!
А хрен его знает – тело двигается, толпа ревет…
Похую…
– Молодец. Хорошо отработал! – Сэм… – Можешь идти к своим, твоих выходов больше нет.
Каким, блять, теперь СВОИМ?!
Домой… Там все пропитано ею.
Моя!
Я могу говорить ей о том, что люблю?
Это будет нормально?
Так хочется, просто разрывает…
– Лекс!
Маленький торнадо впечатывается в спину. И мне хочется прибить Алису за то, что она так некстати врывается в мою эндорфиновую медитацию. Своим появлением она вносит в мой микромирок напоминание о том, что сейчас ОН рядом с ней. Нет… я больше не ревную. Не к нему. Но мне неприятно то, что он рядом с ней – он год мучил ее, заставлял ненавидеть свое тело. Ее великолепное, отзывчивое и чувствительное тело… Которое теперь мое… Ну, ладно, почти не ревную…
– Алекс!
Ну что за маленькое наказание!?
– Ну?! – разворачиваюсь в легком раздражении.
Прищуривается и замирает.
– О ней думаешь?
Вот лисица! Теперь не отстанет!
– Элли, что ты хотела?
– Где Белла? – ведь знает же не хуже меня! – С ним, да? Семейный ужин… У меня идея.
– Нет, нет, нет… – надо сваливать.
Пытаюсь слинять, но она вцепляется в ремень и тянет обратно:
– Да послушай ты! Пойдем, покурим…
Безнадежно. Легче выслушать весь ее бред. Иду.
В курилке Джас. Жмем друг другу руки. Алиса тут же повисает на нем, пробегаясь пальцами по ремню и ширинке. Он еще не привык к нашим фишкам, и его это цепляет. И Алиса от этого тащится, поэтому все время провоцирует его.
Джас подсаживает ее на подоконник – наша крошка сплошной ритуал и курит только так – и, чмокнув в губы, сваливает.
Она нагло обшаривает мои карманы и извлекает пачку сигарет, доставая две – одну мне, одну себе.
– Кроха, ты куришь, как паровоз, а сама всегда без сигарет… Почему?
– Сладкий! Я вообще не курю! Только с тобой…
– Серьезно?!
– Вру, конечно… – хихикает. – Вы влюбленные такие наивные!
– Вот ты зараза… – несильно щипаю за бок. – Будешь теперь подъебывать?
– Нет… Завидую тебе просто… Светишься весь.
Притягивает к себе ближе, и я устраиваюсь спиной между ее ног, опираясь поясницей на подоконник. Гладит меня по моей растрепанной шевелюре. Не Белла, конечно, но тоже приятно… Напоминает маму…
– Просто представила: сидит наша «танцулька» сейчас за столом, родоки что-то там гундят… гости делают умный вид. Скучно… А рядом – и в этом я не сомневаюсь – ОН…
– Ты, блять, подрочить меня решила, что ли? – психую я, вырываясь. Но она вцепляется в волосы, заставляя остаться на месте.
– Слушай сюда… А рядом он… имеет ее ушки комплиментами и другой херней. А должен быть ты. Но в натуре ты не можешь, поэтому нужно как-то по-другому быть там, сладкий… Вкупаешь?
– Нет.
– Вчера ночью, пока ОН меня трахал, в голове все вертелся вопрос – почему ТЫ, а не ОН? Трахательные заслуги сразу отметаем за невозможностью сравнить…
– Алиса, я тебе поражаюсь!!!
– Да ладно! В общем, пока он вытрахивал остатки моих мозгов... весьма одаренно, кстати!
– «Одаренно», сладкая, это когда, кроме вопля «Еще!» в голове нихера не вертится!
– Тоже верно… Но, блять, он все равно охерительно ебуч!
– Элли, давай ближе к теме, или я нахер сваливаю отсюда.
– Напиши ей стихи! – огорошивает меня она. – Прямо сейчас! Пусть зависнет с тобой в телефоне!
Ты же можешь, Лекс…
Я могу…
Ей понравится?
– Давай, давай! – в очередной раз, нагло облазив мои карманы, достает телефон и всовывает мне в руки. – Пиши! Пусть читает и млеет там! Романтичнее и откровеннее, чтобы крышу сносило от каждой строчки….
И я улыбаюсь. Потому что это очень интимно для меня, но мне хочется…
– Иди, – толкает меня в спину. – Она оценит…
И я выхожу.
В голове просто фейерверк строчек… Но я не решаюсь…
Они все о моих чувствах, а я не уверен, что она хочет…
Быстро сваливаю с клуба, стараясь не пересечься с Царевной.
На светофоре все-таки достаю телефон и, отбросив сомнения, набираю самое легкое из того, что крутится:
И целуя... твои ладони...
Я оставил... поцелуев тебе там
Если заскучаешь, просто вспомни
Прижми ладони … к своим щекам…
Жду ответ. Внутри все вибрирует, и мне кажется, что даже зеленый светофор улыбается мне.
Резкий звук клаксона вырывает меня из дурного коматоза, и я жму на газ, ощущая, как на коленях вибрирует телефон – это она!
Торможу на следующем светофоре и открываю сообщение:
«Ммм… Это было…приятно… Не могу не улыбаться… Целую твои поцелуи…»
Ей понравилось!
Она улыбается?
