— Мы видели вас — на радарах и на экранах. И нам стало любопытно. Раньше ваши корабли так далеко не забирались. Вот мы и подумали: а зачем вы сюда прилетели?
— Но вы же терранский не с радара выучили.
— Нет. Я выучила ваш язык, разговаривая с представителями вашей расы. Это было давно. Я знаю ваш язык сколько себя помню.
Брент ошеломленно покачал головой:
— Но вы же сказали, что мы — первый терранский корабль на этой планете.
Девушка рассмеялась:
— Истинно так. Но мы часто посещали ваш крохотный мирок. Мы знаем о нем все. Мы часто останавливаемся на вашей планете, когда путешествуем. И я там была — много раз. Правда, последний раз это случилось очень давно, но раньше я чаще путешествовала.
Бренту стало как-то не по себе:
— А вы кто вообще такие? И откуда?
— Я не знаю, где наша изначальная родина, — ответила девушка. — Но сейчас мы расселились повсюду. Наверное, в незапамятные времена мы жили на какой-то одной планете. А вот теперь трудно найти во вселенной уголок, где нас не было бы.
— Так почему же мы раньше с вами не сталкивались?
Девушка улыбнулась и продолжила есть:
— Разве ты не слышал, что я сказала? Вы сталкивались с нами. И очень часто. Мы даже сюда терранцев привозили. Я помню, причем очень хорошо, как несколько тысяч лет назад…
— Какой длины ваш год? — резко спросил Брент.
— У нас вообще нет такого понятия — год. — И девушка подняла на него огромные, ясные глаза. В них скакали насмешливые искорки. — Во всяком случае, в терранском понимании.
Прошла целая минута, прежде чем до него дошло.
— Это что же… — пробормотал он. — Тебе что же, больше тысячи… лет?
— Мне одиннадцать тысяч лет, — просто ответила девушка.
Кивнула, и робот быстро убрал тарелки.
Она откинулась в кресле, зевнула, потянулась, подобно гибкой, маленькой кошке, и вдруг вскочила на ноги.
— Пойдем. Обед окончен, пора показать тебе дом.
Брент вскочил и поспешил за ней. От его уверенности в себе не осталось ровным счетом ничего.
— Ты… бессмертная, правда? — Он забежал вперед и преградил ей путь к двери. — Лицо его покраснело, Брент тяжело дышал. — Ты ведь не стареешь.
— Конечно, я не старею.
Брент попытался подобрать правильное слово:
— Вы… боги.
Девушка улыбнулась, темные глаза весело сверкнули.
— Да нет, не боги. У вас, кстати, есть все то же самое — знания, наука, культура. Вы когда-нибудь догоните нас. Мы просто очень старая раса. Миллионы лет назад нашим ученым удалось остановить процессы старения, и с тех пор мы больше не умираем.
— Тогда ваш народ не увеличивает свою численность. Никто не умирает, никто не рождается.
Девушка отодвинула его в сторону и прошла в холл.
— Ничего подобного, у нас все в порядке с рождаемостью. Нас становится все больше и больше. — И она остановилась в дверном проеме: — И мы не отказались от удовольствий плоти.
Она задумчиво оглядела Брента, словно ощупывая взглядом плечи, руки, темные волосы, широкое лицо. — Мы почти как вы. Только живем вечно. Но у вас тоже это получится. Когда-нибудь.
— Так вы ходили среди нас? — жестко спросил Брент. Теперь многое становилось понятно. — Так значит, все эти древние мифы и религии — все это правда. Легенды про богов. Чудеса. Вы контактировали с нами, дарили нам что-то. Что-то для нас делали.
И он пошел за ней. Сколько нового он узнал, и за такой короткий срок…
— Да. Я полагаю, что мы действительно кое-чем вам помогали. Ну, когда появлялись у вас — пролетом.
Девушка ходила по комнате и опускала тяжелые портьеры. Мягкий полумрак окутал кушетки, книжные шкафы и статуи.
— Ты играешь в шахматы?
— В шахматы?!
— Это наша любимая игра. Мы ее придумали и научили ей ваших предков. Брахманов.
Острое личико скривилось — девушка расстроилась:
— Неужели ты не умеешь? Жалко. А что ты умеешь? А твой товарищ? Судя по его внешнему виду, его интеллектуальные способности повыше твоих. Он играет в шахматы? А почему бы тебе не сходить к кораблю и не привести его?
— Думаю, не стоит, — сказал Брент. — И подошел к ней. — Насколько я знаю, он ничего такого особенного делать не умеет.
Он протянул руку и ухватил ее за локоть. Девушка изумленно отстранилась. Брент облапил ее и прижал к груди.
— Зачем он нам? — тихо сказал он.
И поцеловал ее. Алые губы оказались теплыми и сладкими, она ахнула и отчаянно забилась в его объятиях. Он чувствовал, как сопротивляется и выгибается тоненькое тело. Темные волосы испускали одуряющий аромат. Брент разжал руки, и она выскользнула и отодвинулась, тяжело дыша, запахивая сверкающее платье и не сводя с него настороженных блестящих глаз.
— Я могла бы убить тебя, — прошептала она. И дотронулась до украшенного драгоценными камнями пояса. — Ты ведь не знал, правда?
Брент шагнул вперед:
— Могла бы. Ну и что? Ты же не убьешь.
Она попятилась:
— Только без глупостей!
Красные яркие губы изогнулись в мимолетной усмешке:
— А ты храбрый. Правда, не очень умный. Но для мужчины — неплохое сочетание. Глупый и храбрый.
Он попытался обнять ее снова, но она извернулась и выскользнула.
— Я смотрю, ты в хорошей форме. Как у тебя получается ее поддерживать? На таком маленьком корабле?
