— Фитнесом занимаюсь регулярно, — ответил Брент. И загородил собой дверь. — Тебе небось скучно. Все одна да одна. Проживешь так пару тысяч лет — с тоски взвоешь.
— Мне есть чем заняться, — отозвалась она. — И не подходи ко мне. Мне нравится твое мужество, но честно предупреждаю: я…
Брент схватил ее и грубо прижал к себе. Она яростно отбивалась. Он завел ей локти за спину, облапил, запрокинул лицо и впился губами в полураскрытый рот. Она укусила — Брент почувствовал, как в кожу впились мелкие беленькие зубки. Он зарычал и отодвинулся. Она смеялась, в черных глазах скакали веселые искорки — и продолжала отбиваться. Дыхание участилось, щеки раскраснелись, приобнажившиеся груди тяжело поднимались и опускались, а тело извивалось, как у животного, попавшего в ловушку. Он ухватил ее за талию, прижал к себе и вздернул вверх.
Его едва не сбило с ног волной силы.
Руки разжались, девушка упала, ловко приземлилась на ноги и отскочила на пару шагов — легко, словно танцуя. Брент перегнулся пополам от жгучей боли. По рукам и по шее тек холодный пот. Он рухнул на кушетку и прикрыл глаза — все мышцы свело, тело корчилось в муке.
— Извини, — сказала девушка. И прошлась по комнате, не оглядываясь на Брента. — Ты сам виноват — я тебя предупреждала. Наверно, тебе лучше уйти. Давай, отправляйся на свой кораблик. Не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Нам не положено убивать терранцев.
— Что… что это было?
— Да ничего особенного. Я так понимаю, форма защиты. Пояс сделали на одной из наших индустриальных планет — он прекрасно работает, как видишь, а вот принципа действия я не знаю.
Брент сумел подняться на ноги:
— А ты, я погляжу, девушка суровая…
— Девушка?.. Я слишком стара, чтобы так называться. Я была стара за много лет до того, как ты родился. Я была стара еще в те времена, когда твои люди не знали, как строить космические корабли. Вы только учились шить себе одежду и записывать мысли примитивными знаками — а я уже была стара. Перед моими глазами прошли сотни народов, сотни империй канули в небытие. Я видела, как египтяне колонизировали Малую Азию. Я видела, как в долине Тигра люди возводят первые кирпичные дома. На моих глазах шли в бой ассирийские боевые колесницы. Мы с друзьями побывали в Греции, Риме, в Лидии и на Крите, мы посетили великие царства краснокожих индейцев. Для древних мы были богами, для христиан — святыми. Мы приходили и уходили. Но вы тоже не стояли на месте, и мы стали прилетать все реже. У нас есть и другие пересадочные станции — ваша не единственная.
Брент слушал молча. На щеках снова выступил румянец. Девушка вальяжно разлеглась на одной из мягких кушеток, оперлась на подушку и смотрела на него — спокойно-спокойно. Одна рука вытянута, другая лежит на колене. Она сидела, подобрав под себя длинные стройные ноги, сжав крошечные изящные ступни. Она выглядела, как всласть наигравшийся котенок. А он и верил, и не верил тому, что она только что сейчас сказала. Все тело болело — а ведь она наверняка не активировала пояс на полную мощность. А поди-ка — он чуть не помер.
— Ну? — оторвала его от размышлений девушка. — Что будешь делать? Уже поздно. Думаю, тебе пора обратно на корабль. Капитан будет волноваться.
Брент подошел к окну и отвел в сторону тяжелые занавеси. Солнце село. Лес затягивала темнота. Звезды уже проклюнулись — мелкими белыми точками на густо-фиолетовом фоне. Вдалеке мрачно чернела гряда высоких холмов.
— Я могу с ним связаться, — сказал Брент. И постучал по шее. — В случае необходимости. Сказать, что со мной все в порядке.
— А с тобой разве все в порядке? Тебя здесь вообще быть не должно. Ты соображаешь, что делаешь? Ты ведь уверен, что справишься со мной! — и она приподнялась и перекинула черные волосы за спину. — Я тебя вижу насквозь. Я очень похожа на девушку, с которой ты встречался. Молоденькую такую брюнеточку — ты ей вертел, как хотел, а потом дружкам хвастался.
Брент почувствовал, что краснеет.
— Ты и вправду мысли читаешь? Могла бы предупредить…
— Я телепат, но не очень сильный. Для жизни хватает. Кинь мне свои сигареты. У нас таких штук нет.
Брент покопался в кармане, выудил пачку и бросил ей. Она прикурила и с удовольствием затянулась. Ее окутало облачко сероватого дыма, сливаясь с густеющими тенями, затягивающими комнату. Углы уже утонули во мраке. Он еле различал ее силуэт — свернувшаяся на кушетке фигурка, только огонек сигареты взмигивает и освещает полные красные губы.
— Я тебя не боюсь, — сказал Брент.
— Не боишься. Ты же не трус. А был бы умным — не был бы храбрым. Я восхищаюсь твоей храбростью. Хотя она идет от глупости, конечно. Вы, мужчины, очень мужественные. Ваше мужество тоже идет от невежества, но все равно — впечатляет. — Помолчав с мгновение, она добавила: — Подойди и сядь рядом.
— А чего мне бояться-то? — спросил ее через некоторое время Брент. — Ты, главное, этот чертов пояс не включай — вот и все. Делов-то.
Она пошевелилась в чернильной темноте.
