Демиру, же наоборот, казалось, что его способ полета лучше, поэтому всячески подбадривал и убеждал не обращать внимания на нападки старших. Новаторов и первопроходцев сначала всегда ругают и не принимают их идеи, а как поймут, что это лучше и проще старого, записывают в скрижали истории.
Винтом его прозвали после того, как он приделал к корзине своего воздухоплава небольшой то ли флюгер, то ли винт. Его, конечно, сначала подняли на смех, но позже, когда парень стал экспериментировать с механизмом к нему, перестали. Терпеливо выжидая, получится у него что-нибудь или нет.
Он летал почти при любой погоде и поднимался с разных площадок, а перемену ветра, казалось, чуял заранее. «Асс!», так сказали бы на родине у Демира.
Солнце, тем временем, должно быть поднялось уже высоко, стало еще чуть светлее, но ветер никуда не делся и дул все так же — с севера.
Серо-стальное море внизу под ними щерилось белыми бурунами. Пейзаж под корзиной воздухоплава не поражал воображение как в солнечные дни.
Песок без солнечного света из золотого, превратился в пепельно-серый, и, сливаясь с охряными горами, тянулся и тянулся узкой полосой вдоль берега, до самого горизонта.
Демир устал напряженно вглядываться в ландшафт и решил сделать перерыв. Тем более, незащищенные перчатками руки просто задубели от холода высоты, да и поясница тоже давала о себе знать.
Дело шло к полудню, и приученный за долгое время к спокойной и размеренной жизни желудок, отчаянно просил пищи. Но в корзине воздухоплава этого делать очень не хотелось, промозглая сырость не располагала к трапезе. Он попросил Винта снижаться.
— Сейчас, кеп, найдем местечко, — пробурчал еще бледный парень, — Некуда пока…
Демир кивнул, он и сам видел, что некуда. Прошло еще какое-то время, прежде чем, появился подходящий пляж.
— Во-о-он туда подойдет? — показывая на опрятный заливчик, показал пальцем парень.
— Вполне, отличное место! Снижайся, — одобрил Демир, а сверившись по карте, и посмотрев в «гномий глаз», вообще, довольно крякнул. «Это как раз то самое место, куда он так спешил. Там и пещерка от ветра укрыться имеется».
Спустившись и закрепив как следует воздухоплав, уже за два камня, Винт опять поскакал за холмы, а Демир с интересом направился к пещере.
Вынув свой кристалл, он заинтересованно заозирался вокруг. Натоптано было много. У камней, чуть поодаль, у самого берега, след от небольшой коры, которую вытаскивали на берег. Он разобрал три типа обуви и вновь довольно кивнул про себя. Удачно они приземлились!
Вернувшись назад, зашел в пещеру.
Тут все говорило о недавнем присутствии людей. В воздухе висел след от светового шара, и еще, просто ядрёно разило магией. Эльфийской. Он научился отличать ее, когда к нему на обучение поступил Мэйтон. (Хотя, в свете последних событий, еще кто к кому поступил, это вопрос). Она была тоньше и более филигранной, нежели у людей.
Он прикрыл глаза, повел рукой в воздухе прошептав формулу, и задохнулся от восторга. Чего тут только не было!
Эманация чужого мира мощными волнами расходилась из глубины пещеры. Энергетика — теплая, живая, такая знакомая и такая далекая.
Словно белесый дым, висело под потолком лингво-заклинание! «Ай да Мэйтон, ай да хитрец! Вряд ли подросток лет тридцати, пятидесяти освоит такое сложное. А это заклинание „Ментальной трансмиграции“, сделано идеально, не подкопаешься. Интересно, а сколько лет ему на самом деле? Ну, никак не меньше ста!», — с некоторой долей зависти и восторга размышлял Демир.
Пройдя узкое место середины пещерки, он дошел до ее конца и уперся в стену. На всякий случай, прошептал формулу на обнаружение скрытого и оторопел от неожиданности.
В темноте, на грубом камне стены, зеленоватым сиянием проявилось очертание символа. Круглого, словно печать, разделенного натрое плавно изгибающимися линиями с прихотливой вязью рун внутри каждой части. Шириной и высотой примерно в две трости. Как раз, чуть выше среднего роста человека.
— Врата! — чуть слышно, на выдохе, прошептал Демир. Контуры знака уже давно погасли, а он стоял перед пустой стеной в ошеломлении и все не мог двинуться с места.
— Но как!? Откуда!? — бормотал он, стоя лицом к стене, осторожно ощупывая её руками.
Из оцепенения его вывел оклик Винта, заглянувшего в пещерку:
— Мастер, вы ту-у-ут?
— Да-да, друг мой, уже иду! — стараясь не подавать свой растерянности, бодро отозвался Демир.
Выйдя на свет, он рассеянно огляделся по сторонам, словно потерял что-то. Словно его только что самого закинули в этот мир, и он совершенно заплутал в пространстве и времени.
— Вы это ищете, уважаемый? — протягивая его сумку и корзинку с едой, спросил Винт.
Демир пару раз моргнул, словно вспоминая, кто пред ним, и виновато улыбнувшись, поблагодарил за протянутые вещи.
«Нет, так не годиться!», сказал он самому себе, «сейчас же возьми себя в руки, обдумаешь позже».
Наконец, усилием воли, он превратил себя в обычного Демира, и беззаботно предложил Винту хлебнуть молочка.
От этого предложения парень опять позеленел и кинулся за камни к воде.
