Встречные огни полностью

М а д а м  Э н н о. Я получила записку. (Читает.) «Сообчаю, сегодня вечером у Веры Холодной будет ваш малахольный генеральчик на фамилиё Гришин-Алмазов. Если вам это не щекотит нервную систему — можете радоваться, и ша!» Где Андре? (Направляется к двери, за которой мсье Энно.)

В е р а. Устраивать обыск я не позволю.

М а д а м  Э н н о. Верните мне его. Умоляю вас!

В е р а. Что вы, мадам Энно!

М а д а м  Э н н о. Берегитесь! Я жена консула, но дипломатии не потерплю. Одесситы еще не забыли, как я когда-то пела… (Поет.)

Входит  с л у г а.

С л у г а. Господин Мартынов с племянницей!

М а д а м  Э н н о. Господи, если они увидят меня в таком состоянии… Пойдут разговоры… Понимаете, я не в форме.

В е р а (указывает). Прошу сюда!.. Нет, сюда…

Мадам Энно поспешно проходит в указанном направлении. Входят  М а р т ы н о в  и  М а р и н а. Одетая в платье по последней моде, украшенная роскошной прической, Марина уже не напоминает, как когда-то, скромную гимназистку. Теперь это великосветская «львица».

М а р т ы н о в. Бонжур, мадемуазель. Мы пришли, то есть явились, или точнее…

В е р а. Чему обязана вашим визитом?

М а р т ы н о в (читает записку). «Сообчаю: ваш неополитанский жених с голубыми ушами на фамилиё Гришин-Алмазов сегодня вечером будет у Веры Холодной. Если вам это не щекотит нервную систему — можете радоваться, и ша!»

В е р а. Знакомый почерк…

М а р т ы н о в. Успокойся, дитя мое… Его здесь нет.

Входит  Ж а н н а.

Ж а н н а. Разрешите…

В е р а (Мартынову и Марине). Извините, у меня примерка костюма.

М а р т ы н о в. Пойдем, дитя мое…

М а р и н а. Нет, я подожду здесь. (Закуривает, идет к одной из комнат.)

В е р а. Туда нельзя… Прошу сюда… Нет, сюда. Я сама уже не знаю куда…

Мартынов и Марина уходят в свободную комнату.

Сегодня мой дом напоминает Ноев ковчег.

Ж а н н а (показывает платье). Последняя парижская мода.

В е р а (не глядя). Можете идти! Это платье мне не понадобится. Концерт для французских моряков запрещен.

Ж а н н а. Жаль! Они безусловно оценили бы вас… и ваш наряд.

В е р а. Увы!

Ж а н н а. А ведь вы могли бы добиться разрешения, и, к всеобщему удовольствию, концерт состоялся бы. Моряки были бы рады увидеть такую артистку и услышать из ее уст правду о России, о революции.

В е р а. О революции?

Ж а н н а (горячо). Ваша революция открывает путь к большой мечте, к счастью.

В е р а. Гм… Только что меня уговаривали уехать в Париж, подальше от этой революции.

Ж а н н а. А я покинула Париж, чтобы быть здесь, поближе к ее огню!

В е р а. Кто вы?

Ж а н н а (после паузы). Портниха.

В е р а. Понимаю.

Ж а н н а. Французские моряки знают и любят вас. Каждое ваше слово оставит след в их сердцах. Вы нам очень поможете.

В е р а. Хорошо, я попробую добиться разрешения. (Подумав.) Да, я должна это сделать… ради России, ради революции, ради себя, наконец!

Ж а н н а. Любимица публики, Вера Холодная, я знала, что вы поймете меня. Благодарю вас! (Уходит в комнату, где ее ждет Ременник.)

Вера провожает ее задумчивым взглядом. Неожиданно появляется  М и ш к а  Я п о н ч и к.

В е р а. Что вам угодно?

М и ш к а. Я пришел наконец выяснить: вы переходите в мой дворец на Мясоедовской или я остаюсь у вас?

В е р а. Как это понимать?

М и ш к а. Как бракосочетание. Вы — королева с экрана, я — король с Молдаванки. Плохая династия?

В е р а (иронически улыбнувшись). Я не собираюсь замуж.