Встречные огни полностью

Они идут навстречу морю и солнцу, им вслед внимательно смотрит  А н д р е й, вышедший несколько раньше. На Андрея сочувственно смотрит  Л у к о в е ц. Перемена света. Снова катакомбы.

А н д р е й (смущенно). Им теперь жить да жить!

Л у к о в е ц. И тебе на тот свет торопиться незачем!

А н д р е й. Я-то что? Меня все равно никто не ждет.

Л у к о в е ц. Одесса ждет! Ждет, когда мы выйдем из катакомб и пройдем по свободным улицам, к морю.

Андрей запевает песню о катакомбах. Луковец подхватывает ее, а вскоре к ним присоединяются десятки невидимых в темноте обитателей катакомб.

А н д р е й.

Л у к о в е ц.

З а т е м н е н и е.

Штаб-квартира гестапо в старинном одесском особняке. Клетчатый паркет, стены, украшенные бронзой. В углу — маленький мальчик  Ф и м а  Г и л ь м а н  играет на скрипке. У письменного стола в глубоком кресле сидит  Г о ф м а й е р. Г р о т  подает ему бумаги на подпись.

Г о ф м а й е р. Тсс! (Прислушивается к музыке.) Вагнер! Его так любит наш фюрер! (Смахивает слезу.)

Г р о т. Если б я знал, что музыка будет так расстраивать вас, я б не осмелился привести этого скрипача… (Делает шаг в сторону Фимы.)

Г о ф м а й е р. Нет, нет! Пусть играет! Слезы очищают сердце арийца… (Пишет резолюцию на одной из бумаг.) По-ве-сить! (Просматривает другой документ.) А этих… можно расстрелять.

Г р о т. Вы устали, экселенц… Вам следовало бы немного развеяться. Кстати, сегодня герр Лещенко наконец открывает свой ресторан.

Г о ф м а й е р. Это правда, что у него там неплохие девицы?

Г р о т. О, суперлюкс! Есть достойные вашего внимания.

Г о ф м а й е р. Вы легкомысленный человек, Грот! Как я могу себе такое позволить, когда до сих пор ничего не ясно, а наши корабли, после ремонта, почему-то взрываются!

Г р о т. Экселенц…

Г о ф м а й е р. Молчите! За Судоремонтный завод отвечаете вы! Почему не расстрелян ни один заложник?

Г р о т. Потому что мертвые молчат.

Г о ф м а й е р. А корабли идут на дно? «Товарищ Андрей» издевается над нами! Боюсь, я не смогу спасти вашу голову, Грот!

Г р о т. Экселенц, больше взрывов не будет! (Подойдя к дверям, вводит Заграву.)

Г о ф м а й е р. Партизан? Вас ист дас?

Г р о т. Взгляните, что он нашел в топке крейсера «Берлин».

Г о ф м а й е р. Уголь.

Г р о т. А внутри? (Разламывает кусок угля.)

Г о ф м а й е р. Взрывчатка? Кто подложил? Вы разыскали?

Заграва внимательно осматривает помещение.

Г р о т. Пока нет. Но он нам поможет.

З а г р а в а. Так точно. Имею отдельные мысли.

Г о ф м а й е р. Вы молодец, Грот! Я вас представлю к Железному кресту. (Заграве.) А тебе — талончик на шнапс.

З а г р а в а. Битте-дритте! Выпью за успех нашего дела!

Г о ф м а й е р. Замечательно! (Гроту.) Кто там в приемной?

Г р о т. Городской голова герр Пынтя.

Г о ф м а й е р. Пусть зайдет!

Грот и Заграва уходят. Появляется  П ы н т я.

П ы н т я. Гутен таг, домнул Гофмайер!

Г о ф м а й е р. Что у вас?

П ы н т я. Ко мне обратился коммерсант, некто Сергей Чернега. Просит разрешения открыть комиссионный магазин.

Г о ф м а й е р. Ваши соображения?

П ы н т я. Разрешить… (Не заметив одобрения.) То есть нет…

Г о ф м а й е р. Меня интересуют ваши соображения.