Несмотря на ее веселость, я замечал, что порой ее радость что-то омрачало. Но не сегодня, не в этот миг. Сегодня она была настоящим солнцем, и я надеялся, что не смогу ее затмить.
Она передала еду нескольким детям, и я увидел, как они – некоторые с восторгом, а некоторые с отвращением – в первый раз попробовали устрицы. Майк брезгливо поморщился и перевернул свою бейсболку, и Нова от души расхохоталась. Солнце стояло высоко, черные силуэты чаек выделялись на фоне ослепительного голубого неба, а птицы терпеливо кружились в надежде заполучить какое-нибудь оставленное без присмотра лакомство.
Купив в киоске несколько банок с газировкой, я вернулся к Нове. Я передал ей лимонад, и она с улыбкой поблагодарила меня.
– Чудесный праздник, правда? – воодушевленно спросила она, и я обрадовался, что она заговорила свободнее и непринужденнее, чем утром.
– Да, что-то в нем есть, – слегка улыбнувшись, ответил я.
– Ты уже ел устрицы?
Она протянула мне лакомство, и я взял его, поднял подобно бокалу и высосал соленую внутренность.
– И правда очень вкусные, – подтвердил я. – Спасибо.
После того как все попробовали устрицы, мы двинулись сквозь толпу и повели детей к другим ларькам. Я шел рядом с Новой, и наши руки слегка соприкасались. Мне казалось, что невидимая нить продолжает тянуть нас друг к другу, и я начал наслаждаться ее близостью.
Кругом проходили мероприятия, оживленные конкурсы, выступления местных музыкальных групп, традиционные танцы, и среди этой суматохи взволнованно бродили дети. Нова сорвалась с места и вместе с ребятами присоединилась к группе народных танцев, и я поймал ее взгляд. Она весело смеялась, пытаясь следовать за шагами; ее движения были одновременно плавными и неуклюжими, что делало ее только привлекательнее.
Когда вечернее солнце опустилось ниже и фестиваль погрузился в теплые сумерки, пришли люди и начали расставлять вдоль дорожек фонари. Они отбрасывали на лица участников мягкий мерцающий свет, и темнота постепенно превращала пестрый беспорядок дня в волшебную ночь. Я не смог сдержать улыбку, вспомнив разговор с Новой, в котором она пригрозила, что ближайшие дни будут волшебными. Если бы она только знала, как сильно была права. Повсюду сверкали огни, создавая праздничную и не менее уютную атмосферу.
В конце концов мы с Новой, усталые, но довольные, уселись на скамейку и стали наблюдать за праздником. Дети все еще шумно резвились, танцевали под музыку, хотя было видно, что их энергия медленно, но верно иссякает.
Нова, блаженно вздохнув, откинулась назад и встретилась со мной взглядом.
– Смотри, ты совсем не можешь скрыть, что тебе весело, – наконец снова поддразнила она меня. Возможно, прекрасный день сумел немного сократить дистанцию, которую я установил вчера. Не только для нее, но и для меня.
– О нет, моя репутация ни в коем случае не должна пострадать.
– Тогда лучше перестань улыбаться, а то ничего не выйдет, – ответила она.
У меня не было ни единого шанса. Особенно в тот миг, когда Нова посмотрела мне прямо в глаза. Мне почти захотелось отвести взгляд, поскольку момент показался чересчур интимным.
– Кстати, у меня для тебя кое-что есть, – быстро сказала она, будто желая поскорее с этим покончить.
– Опять? – удивленно спросил я. – Ты что, хочешь загладить какую-то вину? Почему ты осыпаешь меня подарками?
– Я хочу еще раз поблагодарить за помощь на соревновании по лазанию.
– Не надо, это было…
– Очень мило с твоей стороны. – Она замешкалась. – А я не думала, что ты можешь быть действительно милым. По крайней мере, по отношению ко мне.
– Хочешь сказать, что знак зодиака раскрыл обо мне не все? – поддразнил я ее.
Нова тихо рассмеялась, а затем вытащила из сумки небольшую коробочку, завернутую в упаковочную бумагу. Я почувствовал ее волнение, когда она передала ее мне, и осторожно достал содержимое.
Открыв коробочку, я обнаружил искусно сделанный небольшой компас. Он был из старой латуни, а на крышке была выгравирована карта звездного неба. Я ошеломленно посмотрел на Нову.
– Это астрономический компас, – объяснила она. – Я увидела его на одном из прилавков и сразу подумала о тебе. Это древний навигационный инструмент, который моряки использовали для ориентирования по звездам.
Я повертел компас в руках и тщательно его рассмотрел. Он был великолепен, гравировка была изящна и точна, а сам он казался тяжелым и очень ценным.
– Нова, это… спасибо, – запинаясь, поблагодарил я, совершенно потрясенный таким дорогим подарком, и посмотрел на нее.
Она просияла, явно довольная моей реакцией, а затем пожала плечами, будто это какой-то пустяк. Но это было не так. Это было для меня важно. Причем даже очень.
– Это просто небольшой подарок в благодарность за помощь.
– Нет, это… это невероятно.
Мне еще никто никогда не дарил таких подарков, не задумывался о том, как меня порадовать.
Мне безумно хотелось обнять ее в знак благодарности. Но поддаваться этому порыву было опасно: я просто не знал, смогу ли тогда ее отпустить. Возможно, я действительно в ней ошибался.
– Нова, я… Прости меня за вчерашнее, я хотел прийти, но…
