Она положила руку мне на плечо, и я замолчал.
– Все нормально, я понимаю, правда. – И я впервые за долгое время почувствовал себя по-настоящему понятым. – В следующий раз просто напиши короткое сообщение, – сказала она и подмигнула мне.
– Обязательно.
Когда стало совсем поздно, мы собрали детей и отправились назад в лагерь. Я последний раз взглянул на фестиваль устриц во всем его великолепии: огни мерцали в темноте, как звезды на небе. Смех и музыка стихли, но воспоминания в душе сохранились. На мгновение мне померещился тот самый белый фургон, и грудь сдавило, а сердце забилось чаще. Но я все же заставил себя сделать глубокий вдох. Было ясно, что на рынке полно таких машин, ведь на них привозили товары и оборудование для прилавков. Незачем об этом раздумывать.
В автобусе я посмотрел на ряд сидений возле своего. Когда я взглянул на Нову, меня охватило новое чувство, и я не стал ему противиться. Она слегка прислонилась головой к окну, ее глаза были закрыты, а губы расслаблены, нежны и притягательны. И я впервые засомневался, смогу ли долго удерживать защитные стены, или они уже начали давать трещины и разрушаться. Что будет со мной дальше? Я упаду, или меня все же удержит собственная сила притяжения Новы?
– Молодцы! – похвалила Нова Оливию и Бенни, которые только что продемонстрировали всем актерский талант для игры в спектакле. Нова положила неразборчиво написанный ею сценарий с примечаниями на ветхое бревно рядом с собой и радостно захлопала в ладоши. Здесь, на пляже, ветер был сильнее и развевал более светлые кончики ее каштановых волос. – А теперь в последний раз!
Пока дети выстраивались, Нова достала из кармана джинсов резинку и сделала высокий хвост, который подчеркивал ее прекрасные черты. Небрежная челка упала ей на лицо, и она непринужденно убрала ее с глаз.
Я толком не участвовал в репетиции спектакля и мог помочь лишь с изготовлением реквизита и части костюмов. При этом у меня хватало времени, чтобы за всем понаблюдать. В том числе и за Новой. За ее энтузиазмом, ее увлеченностью.
– По-моему, нам нужно пойти налево! Этот путь выглядит многообещающе, и мне кажется, что он приведет нас прямо к цели, – сказала Оливия в роли Овна.
– Нет, нельзя принимать решения, основываясь лишь на чувствах! Я считаю, что мы должны собрать все факты и взвесить все за и против и только после сделать выбор. Потом уже ничего не изменишь! – ответил Бенни, игравший Весов.
Дети придумали интересный спектакль и с огромным удовольствием репетировали и оттачивали слова. На кону была судьба Вселенной. В далекой галактике в гармонии жили знаки зодиака, но теперь их сосуществованию грозила опасность. Поэтому знакам нужно было преодолеть различные испытания, основанные на их астрологических характеристиках, чтобы завладеть разными космическими станциями и спасти Вселенную.
Спектакль в равной мере состоял из фактов и эзотерики. С этим я как-то смирился.
– Отлично получается, – похвалил я Софи, которая мастерила венок из золотой проволоки для своего костюма авантюриста-Стрельца.
– Спасибо, у тебя тоже хорошо вышло, – ответила она и кивнула на белую льняную рубашку, к которой я пришил воротник из золотых нитей. – Не думала, что ты умеешь шить.
– Я тоже не думал, – согласился Джордж и широко ухмыльнулся. – Вообще-то это женское дело.
Я вспомнил годы, когда жил один с мамой, а она вкалывала на двух работах, чтобы откладывать деньги на мою учебу в колледже. Мама меня поддерживала и помогала. Она научила меня всему необходимому для жизни, а себе почти ничего не позволяла. Я с лихвой отплатил ей, когда впервые добился успеха в астрономии, но это время ей все равно было уже никогда не вернуть. Нужно будет как-нибудь позвонить и узнать, как у нее дела. Я частично вычеркнул из жизни и ее, хотя она уж точно совсем этого не заслуживала.
– Это полная чушь, – отчитала его Софи.
– А кто определил, что относится к женскому, а что к мужскому? – спокойно спросил я.
– Ну женское – это то, в чем женщины разбираются лучше мужчин.
– Хм, тогда бы это означало, что женская анатомия сильно отличается от мужской. Выходит, они умеют шить, потому что у них другие пальцы?
– Нет, но…
Он замолк, размышляя, так как, судя по всему, понял, что его замечание было не совсем продуманным.
– Разве у меня плохо получилось? – спросил я и поднял свою работу.
– Нет, хорошо.
Он пожал плечами, а я был уверен, что эту глупую мысль ему внушил отец. Я встречал его на собрании перед открытием лагеря. Я не следовал за толпой уже тогда, но по другой причине. Не страшно, что Джордж в своем возрасте повторял эти высказывания за папой; плохо было бы, если бы он никогда не брал их под сомнение, никогда не размышлял бы о них самостоятельно. Именно этому учил нас Ричард – личной ответственности.
