– Детям нравится астрономия, и полученные здесь знания могут пригодиться им в будущем. Что они узнают из астрологии? Что Стрельцы – авантюристы, а Весы не уверены в себе?
Я презрительно фыркнул и увидел во взгляде Новы боль. Да уж: я был той еще сволочью.
– Я полагала, что мы с этим уже разобрались, – прошептала она и сжала губы, будто пытаясь сдержать слова, желавшие вырваться наружу и быть высказанными мне прямо в лицо.
– Не хочу тебя расстраивать, но мое мнение не изменилось из-за ночи или банки сидра.
Вот оно. Теперь в ее глазах появилось не только глубокое сожаление, но и что-то вроде отвращения. Ненависть была лучше любви: она значительно облегчала жизнь нам обоим.
– Надо же, ты и впрямь все еще козел, – тихо прошипела она, чтобы дети ее не услышали. – А я уж было понадеялась, что ты не такой, но, видимо, ошиблась.
– Видимо, – ответил я и расправил плечи. Я все еще чувствовал прикосновения рук Новы, ее нежные губы на своих, слышал ее дыхание. – Тогда можем продолжать? Отныне станем делить занятия, как я и предлагал изначально. Так будет лучше для всех. Завтра можешь заниматься, чем хочешь.
– Ладно, как скажешь, – коротко ответила она.
Мне захотелось поцеловать ее и стереть с ее губ недовольство и гнев. Притянуть ее к себе. Однако я ничего не сделал и лишь крепче ухватился за веревку, удерживавшую меня от падения в пропасть.
– Тогда сегодня я тебе не нужна?
У нее дрожал голос? Вот черт. Я откашлялся.
– Нет, не нужна.
Она кивнула – судя по всему, сказать ей было больше нечего, – а затем повернулась к детям и попрощалась. Я остался стоять, глядя на море, и не смотрел ей вслед. Только предположив, что она уже ушла, я взял себя в руки и повернулся.
– Что ж, давайте начнем. Отражение света на поверхностях Луны, планет и звезд позволяет астрономам изучать эти небесные тела. – Я сделал шаг вперед, и Хокинг чуть наклонил голову набок, а потом с поднятыми ушами вопросительно посмотрел на меня. Еще и его укоризненного взгляда не хватало.
У детей был свободный час, который они могли провести у себя в комнатах или на близлежащем пляже, и в это время Кристи устроила собрание вожатых.
Прошло больше половины смены, и она хотела проинструктировать нас насчет оставшихся недель. Поэтому мы все, кроме Ребекки и Киану, которые присматривали за ребятами на пляже, собрались в части внутреннего двора, между столовой и административным зданием. Кристи давно создала здесь место для отдыха в виде красочного сада. По краям просторной цветочной лужайки росли крупные самшиты, а у беседки, где мы сидели на деревянных скамейках, вились разноцветные розы. Лаванда и зелень для Майлы привлекали всевозможных насекомых, а дубы тянули к небу корявые ветви. Раньше мы с Кэмом и Амброзом часто любили сюда ходить. Здесь, между кустарниками, можно было отлично спрятаться. Что я, кстати, с удовольствием бы сделал и сегодня.
На скамейке напротив сидела Нова, не удостоившая меня даже мимолетным взглядом. Когда я что-то говорил, она совсем не улыбалась, даже тайком, и не закатывала глаз. Я сам сделал так, чтобы она возненавидела меня еще сильнее, чем вначале. Почему же теперь мне хотелось любой ценой привлечь ее внимание? Я был ходячим противоречием и действовал совершенно нелогично, хотя больше всего терпеть не мог все иррациональное.
Кристи стояла перед нами и рассказывала что-то о соревнованиях по плаванию и парусному спорту, а также о ночи падающих звезд, в которую присматривать за детьми должны будем мы с Новой. Нова едва смогла сдержать недовольство, но даже в этот момент не посмотрела на меня.
Стивен что-то ей прошептал, и она усмехнулась в ответ. Почему меня так интересовало, о чем шла речь? Почему я хотел, чтобы она улыбалась мне? Казалось, что у нее гораздо легче получилось забыть о нашем поцелуе и вернуться к повседневным делам, и эта мысль меня ужасно тревожила, пусть мне это совсем не нравилось.
Я отвел взгляд и снова сосредоточился на Кристи. Однако какая-то невидимая сила постоянно тянула меня и вынуждала опять смотреть на Нову и Стивена. Черт, он что, к ней придвинулся?
– У кого-нибудь есть вопросы? – поинтересовалась Кристи, вырвав меня из гневных мыслей, которые я молча прокручивал в голове. Никто не отозвался. – Отлично, тогда всем все известно. Желаю удачи!
Она хлопнула в ладоши, и все, как по команде, встали и снова занялись своими делами.
Поскольку нам все равно нужно было поговорить о ночи падающих звезд, я решил не тянуть. Набрав в грудь побольше воздуха, я сунул руки в карманы джинсов и направился к Нове.
Когда она подняла глаза и наши взгляды встретились, я увидел рану, которую нанес ей своим холодным пренебрежением. Черт возьми. Это будет сложнее, чем я думал.
