Поэтому я начал ласкать ее клитор, одновременно входя в нее глубокими, резкими толчками. Она крепко обхватила меня, пульсируя на моем члене, и сладостно застонала, одновременно доведя до высшей точки и меня. Мне хотелось лишь одного: испытывать это чувство снова и снова до конца своей жизни. Вместе с ней.
Я снова проснулся с улыбкой на губах, держа в объятиях теплое, ласковое тело Новы. Мы провели полночи в обсерватории, вместе исследуя Вселенную, а потом вернулись домой и снова занялись любовью у меня в спальне. На этот раз мы делали все медленно, не так грубо, как прежде. Я не торопился, чтобы как следует познать ее тело, попробовать его на вкус и насладиться нашей близостью.
Я не понимал, что она со мной сделала, но я все еще не мог ей насытиться.
Я притянул ее ближе, откинул ее волосы в сторону и поцеловал ее в шею. Она чуть зашевелилась, крепче прижалась к моему возбужденному телу и с наслаждением тихо простонала. Однако перейти к большему мы не успели: на тумбочке завибрировал телефон.
– Не обращай внимания, скоро перестанет, – прошептал я и продолжил целовать Нову. Но к сожалению, звонок никак не прекращался. Я раздраженно вздохнул и откинулся назад, чтобы достать телефон. Это был Кэмерон, еще и по видеозвонку. Мне стоило выключить телефон и просто его проигнорировать, но я знал, что тогда он переполошит Амброза и вообще всех на свете, пока не выяснит, почему я не взял трубку.
– Черт возьми, – пробормотал я, еще раз поцеловал Нову в висок и сел. – Нужно ответить, это Кэмерон.
– Ничего страшного, – с улыбкой сказала Нова, натянула на грудь одеяло и немного отодвинулась. – Я буду сидеть тихо.
Я не хотел скрывать Нову, особенно от друзей, но знал, что, если Кэм увидит ее здесь, у меня в постели, у него возникнут вопросы. Тысячи вопросов, на которые сегодня утром отвечать я был не готов.
Я встал, натянул боксеры, лежавшие на полу перед кроватью, и взял трубку.
– Так, и с чем же ты так долго возился?
На видео появился Кэм с широкой ухмылкой на лице. Его светлые волосы были, как обычно, собраны в пучок, и я увидел, что он явно был не дома.
– Что случилось?
– Да уж, теплый прием, ничего не скажешь, – ответил он. – Я только что поднялся на самую высокую гору в Эль-Чорро[27] и хотел, чтобы ты тоже полюбовался потрясающим видом. Он перевернул телефон, и я увидел действительно великолепный испанский рассвет. Вновь направив камеру на себя, он вдруг нахмурился. – Скажи, мне кажется, или ты все еще в постели? В чем дело? Ты заболел или решил взять выходной, мистер Трудоголик?
Я подошел к балкону.
– Ты всегда стремился меня раздражать или это твоя новая цель? – ворчливо спросил я.
– Погоди-ка! Это как-то связано с твоей новой сексуальной коллегой?
Я услышал, как Нова позади меня тихо фыркнула, я обернулся и увидел, что она зажала рот рукой.
– Опять выдумываешь всякие глупости, – ответил я.
Камерон громко рассмеялся.
– Значит, дело как раз-таки в ней, я был прав! Вы наконец переспали? Я же видел, как ты на нее запал…
– Кэм! – одернул я его, и он улыбнулся только шире. – Поговорим позже.
– Она еще там? Она все слышит? Нова! Привет! – громко крикнул он.
Я закатил глаза.
– Хватит дурачиться.
– Это ты дурачишься, Уэст, раз до сих пор все отрицаешь. Ладно, пока я тебя прощаю, но ты ведь знаешь, как быстро я могу добраться из Испании в Уитстабл, если ты мне все не расскажешь.
– Угрожаешь? Ну спасибо, друг, – ответил я. – Все, перезвоню. Спускайся осторожно, ладно?
Услышав мою настойчивую просьбу, Кэм посерьезнел.
– Конечно, как всегда. Пока! – воскликнул он снова немного радостнее. Мы все носили маски. Кэм – маску постоянно улыбающегося и жизнерадостного болтуна, но мы с Амброзом знали, что было у него внутри. Особенно после того, что случилось в прошлом году: с тех пор Кэма было больше не остановить. «Выше, быстрее, дальше» стало его девизом.
– Пока.
Я отключился и увидел широкую улыбку Новы.
– Выходит, ты на меня запал? – поддразнила она меня.
Я медленно пошел назад к кровати.
– Отрицать это уже бесполезно, так? – спросил я, положил телефон обратно на тумбочку и, оперевшись на матрас, наклонился к ней. – Но я бы не стал верить всему, что днями напролет болтает Кэм.
– Вот как? Мне он кажется очень убедительным.
– Неужели? – Я медленно стянул одеяло, скрывавшее божественное тело Новы. – Я тоже могу быть очень убедительным, если ты захочешь.
– Я в предвкушении, расскажи мне, – прошептала она, и я снова забрался к ней в постель.
Мне не верилось, что приближались последние дни в лагере. Время пролетело так быстро.
Жизнь, которую я вела здесь, сильно отличалась от той, какой я жила до приезда в Уитстабл. Скучать по чему-то начинаешь только тогда, когда хоть раз это пережил, и мне точно будет очень не хватать детей, дней в лагере и прекрасной природы.
