Она неуверенно мне улыбнулась и побежала обратно к остальным, которые собрались, чтобы получить последние указания от нас с Уэстоном. Я пригладила черное платье, взяла папку-планшет и направилась к ним. Взгляды всех, в том числе Уэстона, устремились на меня.
Вчера мы все вместе дорисовали фон для открытой сцены за главным зданием. Гигантское изображение Вселенной со всеми важными планетами, звездами и ориентирами. Все закончилось большой акварельной битвой и последующим купанием в море. По крайней мере, для детей, которых мы отправили на пляж, где за ними присматривал Киану. Мы же с Уэстоном пошли в уборную и воспользовались коротким временем наедине, чтобы насладиться близостью друг друга.
Вокруг царило волнение и оживленная атмосфера, и я встала в круг.
– Ну вот и все, этот момент настал: вы так долго репетировали, прекрасно подготовились… – начала я обращение, в котором призвала их ничего не бояться и заверила, что они отлично справятся с выступлением.
Мы зашагали на сцену, и комок у меня в горле стал больше, а глаза будто горели. Мне было грустно не только потому, что наступил тот самый день, которого так ждали, но и потому, что теперь до конца смены осталось всего два дня. После этого все отправятся домой. И мне придется оставить здесь Уэстона, и неизвестно насколько.
Я чувствовала, что эти мысли занимали и мучили нас двоих. Что будет дальше? Как часто мы сможем видеться?
И самое главное: сумею ли я наконец набраться смелости и раскрыть ему то, что хотела сказать все это время?
– Начинаем! – сообщил нам Дэн, выступавший координатором. Все заняли свои места, даже Уэстон, который должен был выступить с речью. Я встала с краю сцены и крепко прижала к груди папку-планшет.
Уэстон повернулся ко мне, нашел меня взглядом и с улыбкой подмигнул. Я улыбнулась в ответ, а после занавес медленно поднялся, отрезав нам путь к отступлению.
После спектакля, увенчавшегося полным успехом, мне тоже было трудно не поддаться тоске, поскольку теперь предстояло прощаться.
Мне, как и остальным, было грустно, что смена в лагере закончилась. Чем я займусь дальше? Как будут выглядеть мои будни? Во мне нарастало чувство, которого я не испытывал так явно уже давно. Желание спустя столько времени вернуться к нормальной, настоящей жизни. Осмелиться снова показаться миру.
Накануне дня отъезда Кристи устроила еще один прощальный вечер. Мы провели полночи на пляже, наслаждаясь хорошей музыкой, закусками и звездами над головой, а потом уставшие повалились спать. На этот раз даже я согласился остаться в одной из комнат. Без Новы, которая спала за стеной, но, когда все вокруг стихло, прокралась ко мне словно какой-то подросток и вернулась к себе перед рассветом.
На следующий день мы позавтракали со всеми, а после за детьми приехали автобусы и родители, которые забрали ребят, чтобы вернуть их к привычной жизни. Все вожатые в последний раз увиделись во дворе, а затем тоже сели в свои машины.
– Если что-то понадобится, звони, – сказала напоследок Кристи, похлопала меня по плечу и направилась в главное здание.
Мы с Новой встретились у меня дома, поскольку завтра ей нужно было возвращаться в Манчестер, вкусно поужинали, а потом улеглись под звездами на просторной лужайке у меня на участке, взяв с собой пледы и бутылку белого вина.
– Чем займешься дальше? – поинтересовался я. Голова Новы лежала у меня на груди, и я обнял девушку крепче, следя за движением звезд, которых было просто не сосчитать.
– Скорее всего, с понедельника буду снова писать гороскопы.
Голос у нее был немного грустным.
– Тебе нравится работать в «Станнинге»?
Она ненадолго замолчала, и ее тело напряглось. До сих пор мы толком не обсуждали ее работу.
– В принципе да. Мне нравится доносить что-то до читателей, но… иногда я сомневаюсь, что иду по правильному пути. Если честно, для составления содержательного гороскопа нужна не только дата рождения, а гораздо больше, но как объяснить это простым людям?
– Ты не думала заниматься журналистикой?
– То есть не сплетнями, а серьезной журналистикой? – уточнила она, произнеся то, что я не решился спросить прямо.
– Ты сама так сказала, но… Да.
Она на минуту задумалась и провела рукой по моей груди.
– Да, думала, – сдержанно ответила она. – Проблема в том, что работу найти сложно, а мест в Манчестере маловато. Никто не примет тебя с распростертыми объятиями, если ты не добился успеха, для этого журналистов слишком много.
– В науке почти так же. Без открытия ты просто очередной бедный исследователь, который хочет чем-то прославиться.
– Разве это не грустно? Все время усердно трудиться, не зная, добьешься ли когда-то успеха?
Я провел рукой по ее мягким прядям.
– Тут есть два варианта. Люди, для которых цель – это путь, и те, для кого цель – это цель. Если работа доставляет тебе удовольствие и при этом ты не думаешь об успехе, значит, все получилось, – ответил я.
Нова прижалась ко мне еще крепче, и я почувствовал, как она погрузилась в свои мысли.
