Лорэн вышла из «меркьюри» и исчезла в здании участка. Через несколько минут старший диспетчер уже сидела в машине. Пильгез запустил двигатель, и «гранд маркиз» покатил к центру города.
– Еще немного, и я бы оказалась из-за вас двоих в трудном положении, – сказала Наталия.
– Мы успели вовремя!
– Можешь мне объяснить, что такого в этой девушке? Ты выпускаешь ее из камеры, не спрашивая моего разрешения, и исчезаешь с ней на полночи…
– Ревнуешь? – спросил польщенный старый инспектор.
– Вот когда я вдруг перестану ревновать, это станет для тебя серьезным поводом для беспокойства.
– Ты помнишь мое последнее дело?
– Так, словно это происходило вчера! – ответила его пассажирка со вздохом.
Пильгез выехал на скоростное шоссе. От Наталии не ускользнула улыбка в уголках его губ.
– Это была она?
– Вроде того.
– И он?
– Судя по полицейскому рапорту, это один и тот же человек. Я бы сказал, что у этих двоих шутников настоящий талант смываться.
Сияя, Пильгез погладил Наталию по ноге.
– Знаю, ты равнодушна к знамениям, которые нам подает жизнь, но, согласись, тут их целый фейерверк! Но она не сделала никаких выводов. Я поражен! Выходит, никто ей не рассказал, что сделал для нее этот человек.
– И что сделал для нее ты сам.
– Я? Ничего я не сделал!
– Всего лишь нашел ее в том доме в Кармеле и привез в больницу… Нет, конечно, ты прав, это все равно что ничего! Я уж не говорю, что все документы по этому делу куда-то задевались.
– Не имею к этому ни малейшего отношения.
– Потому, наверное, я и обнаружила их в глубине своего гардероба, когда наводила там порядок.
Пильгез опустил стекло и обругал пешехода, переходившего дорогу в неположенном месте.
– Ты сам ничего не разболтал малышке? – спросила его Наталия.
– Я едва удержался. Правда жгла мне рот.
– И ты не потушил пожар?
– Инстинкт заставил меня промолчать.
– Может, ты иногда будешь одалживать мне свой инстинкт?
– Зачем он тебе?
«Меркьюри» въехал в гараж дома, где жил инспектор со своей подругой. Над заливом Сан-Франциско вставало ярко-желтое солнце. Скоро под его лучами рассеется туман, заволакивающий в первые утренние часы мост «Золотые Ворота».
Лежа на кушетке в камере полицейского участка, Лорэн задавалась вопросом, как она умудрилась за одну ночь перечеркнуть всю свою стажировку в неврологическом отделении, все семь лет самоотверженного труда.
Кали ушла с шерстяного коврика. Ей не разрешалось заходить в комнату миссис Клайн, поэтому она отправилась на балкон и просунула морду между решетками, чтобы проводить глазами скользившую над волнами чайку, понюхать свежий утренний воздух и вернуться спать в гостиную.
Фернстайн положил телефонную трубку на рычаги. Разговор с администратором Сан-Педро вышел именно таким, как он предполагал. Коллега прикажет Бриссону забрать жалобу и закроет глаза на угон «скорой», а Фернстайн в ответ забудет свою угрозу пожаловаться на непрофессионализм службы «неотложной помощи» Сан-Педро.
Пол незаметно забрал свою машину со стоянки миссии Сан-Педро, заехал во французскую булочную на Саттер-стрит и теперь ехал в направлении Пасифик-Хейтс.
Он остановился у дома, где жила пожилая дама невероятного обаяния. Вчера вечером она спасла жизнь его лучшему другу. Сейчас мисс Моррисон выгуливала Пабло. Пол вышел из машины, чтобы предложить ей теплые круассаны и обнадеживающие новости об Артуре.
Медицинская сестра бесшумно вошла в палату номер 102 отделения реанимации. Артур спал. Она поменяла мешок, в котором собирались экссудаты гематомы, и проверила параметры жизнедеятельности. Результаты были ободряющими. Она записала показания приборов на розовый листочек, который вложила в историю болезни.
Норма постучалась в дверь кабинета. Фернстайн взял старшую медсестру под руку и вывел в коридор. Впервые он позволил себе проявление личных чувств внутри госпиталя.
– У меня идея, – сказал он. – Давай позавтракаем на берегу океана. А потом немного подремлем на пляже.
– Ты сегодня не работаешь?
– Наработался за ночь, возьму, пожалуй, отгул.
– Тогда мне надо предупредить начальство.
– Я уже сделал это за тебя.
Перед ними разъехались дверцы лифта. Два анестезиолога и хирург-ортопед, занятые беседой, поздоровались с профессором, который, к удивлению Нормы, так и вошел в кабину с ней под руку.
В десять часов утра в камеру, где спала Лорэн, вошел полицейский. Доктор Бриссон забрал свою жалобу. Больница миссии Сан-Педро не желала возбуждать против нее дело о похищении «скорой помощи». Машина техпомощи перевезла со штрафной стоянки к полицейскому участку ее «триумф». Лорэн оставалось заплатить за транспортировку, и она могла спокойно возвращаться домой.
На тротуаре перед участком ее ослепило яркое солнце. Город вокруг жил полной жизнью, однако Лорэн охватило странное чувство одиночества. Она села в «триумф» и поехала по дороге, с которой свернула ночью.
– Можно мне его навестить? – спросила мисс Моррисон, провожая Пола на лестничную площадку.
– Я позвоню вам, как только сам его повидаю.
