– Мне хочется тебя поцеловать, – сознался Артур.
– Зачем спрашивать, вместо того чтобы делать? – отозвалась Лорэн.
– Я же говорил, что чудовищно старомоден.
На витрине магазинчика с лязгом опускались жалюзи. Завыла сирена. Артур встрепенулся, не выпуская руку Лорэн, и рывком поднялся.
– Мне пора!
Выражение лица его изменилось, Лорэн узнала признаки боли.
– Тебе нехорошо?
Охранная сигнализация магазина выла все громче, от нее уже закладывало уши.
– Не могу объяснить, но мне надо уходить.
– Не знаю, куда ты пойдешь, но я тебя провожу, – решила она, тоже вставая.
Артур обнял ее, не отрывая от нее взгляда и не находя сил разжать объятия.
– Послушай, дорога каждая секунда. Все, что я говорил, – чистая правда. Вспоминай меня, если сможешь, я тебя не забуду. Еще одно мгновение с тобой, даже такое короткое, многого стоило.
Артур попятился от нее.
– Почему «еще одно мгновение»? – спросила Лорэн, охваченная страхом.
– В море теперь полно прекрасных крабов.
– Почему «еще одно»? – крикнула Лорэн.
– Каждая минута с тобой украдена у вечности. Ничто не сможет лишить меня ее. Заставь двигаться мир, Лорэн, твой мир.
Он отступил еще на несколько шагов, потом бросился бежать со всех ног. Лорэн выкрикнула его имя. Артур обернулся.
– Почему ты сказал: «Еще одно мгновение с тобой»?
– Я знал, что ты существуешь. Я тебя люблю, но ты не беспокойся.
И Артур исчез в тени за углом улочки.
Железная решетка жалюзи медленно доползла до тротуара. Хозяин повернул ключ в коробочке на стене, и адская сирена смолкла. Внутри магазина начал мерно попискивать прибор централизованной системы охранной сигнализации.
Монитор в темной палате окружало зеленое сияние. Электроэнцефалограф издавал пронзительный писк с регулярными интервалами. Бетти вошла в палату, зажгла свет и бросилась к койке. Взглянула на ленту с цифрами, сходившую с маленького принтера, и тут же схватила телефонную трубку.
– Реанимационный комплект в палату 307! Передайте сообщение Фернстайну, найдите его, где бы он ни находился, и скажите, чтобы поторопился сюда. Тревога в неврологическом отделении, я жду анестезиолога.
В прибрежных кварталах города моросил дождик. Лорэн встала со скамейки и перешла улицу, ставшую как будто черно-белой. Когда она достигла Грин-стрит, небо набухло тучами, изморось уступила место летней грозе. Лорэн подняла лицо к небу, села на низкую каменную ограду и долго сидела под ливнем, любуясь викторианским домом на холме Пасифик-Хейтс.
Когда стихия унялась, она вошла в холл, поднялась по лестнице и отперла дверь своей квартиры.
У нее вымокли волосы и одежда, которую она сбросила в гостиной, затем вытерла голову кухонным полотенцем и закуталась в плед, взятый с кресла.
В кухне она открыла буфет и откупорила бутылку бордо. Налив себе большой бокал, она застыла, глядя на башни Гирарделли-сквер. Издали донесся гудок большого торгового судна, отплывавшего в Китай. Она глянула искоса на диванчик, отвернулась и решительно подошла к маленькому книжному шкафу. Взяла книгу, уронила ее на пол, взялась за другую и, охваченная холодной яростью, вывалила на пол все учебники.
Когда полки освободились от содержимого, она отодвинула шкаф. Позади него оказалось окошко. Она набросилась на диван и, напрягая все силы, развернула его на девяносто градусов. Шатаясь от усталости, она забрала бокал, оставленный на подоконнике в алькове, и упала на подушки. Артур оказался прав: теперь взору открывался восхитительный вид на городские крыши. Она залпом выпила вино.
На мокрой улице пожилая женщина, выгуливавшая собаку, подняла голову и взглянула на дом, где горело единственное окно, посылавшее свет в серую ночь. Рука Лорэн, скованная сном, медленно разжалась, пустой бокал закатился под диван.
– Я везу его в операционный блок! – крикнула Бетти дежурному реаниматологу.
– Дайте сперва повысить насыщение крови кислородом!
– На это нет времени.
– Бетти Бардел, врач здесь – я.
– Доктор Стерн, я была медсестрой, когда вы еще ходили в коротких штанишках. Может, попробуем заняться составом его крови по пути на другой этаж?
Бетти вытолкала койку в коридор, доктор Филипп Стерн следовал за ней, везя тележку с реанимационным аппаратом.
– Что с ним? – спросил он. – Все ведь было нормально…
– Если бы все было нормально, он бы находился у себя дома и в сознании. Сегодня утром он был чересчур сонный, и я решила проверить параметры мозговой деятельности. Это – дело медсестры, а с тем, что творится у него в голове, разбирайтесь вы, доктора.
Колесики койки крутились с максимальной скоростью. Впереди закрывались дверцы лифта.
– Подождите нас, у нас срочный больной! – крикнула Бетти.
Врач в лифте придержал металлические створки, Бетти втолкнула койку в кабину, доктор Стерн развернул свою тележку, чтобы нашлось место и для нее.
