– Да ладно тебе, уже и пошутить нельзя? Вовсе я и не считаю Тимура своим парнем. Просто ты злишься из-за того, что он «похитил» меня после линейки…
– Нет, не злюсь.
– Ты так долго ждала меня у дома в тот день… Мне очень жаль. Извини, что напугала. Но он ведь сразу после…
– Дело не в этом! – грубо обрывает меня подруга, дергано поправляя оправу на носу. – Вета… он опасен. Ты совершаешь глупость, называя его «своим парнем». Даже если и правду не считаешь его таковым.
– Но мы ведь вроде как встречаемся…
– В том-то и дело, что «вроде как»! Вроде как – равно: никак!
– …Почему ты так категорична? – мой надутый вид упрямо игнорировали. – Уверена, что не так уж он и плох.
Юля тяжело вздыхает, будто разговаривает с неизлечимо больным человеком… Через какое-то время она подсаживается чуть ближе, прибегая к последней попытке убедить меня:
– Я не знаю его, но знаю, что нам всегда хочется верить в то, что любимый – вопреки всему хороший и достойный человек. Но это не всегда будет правдой.
Она, конечно, права.
Никто не хочет влюбиться в мерзавца. Никто не хочет попасть в беду, идя на поводу у своих чувств. Но как же часто именно так и происходит…
– Тебе нужно просто продолжать «работать» на него и получать деньги, чтобы выжить. Ты и сама скоро поймешь, что это не любовь… Уж поверь, я в этом развираюсь, – уверенно заявляет Юля.
Как бы ей помягче сказать, что ее слепота куда серьезнее, чем она думает? Не видит того, что происходит перед собственным носом, а меня учит! И дело вовсе не в ее миопии!
– Пока не произошло ничего плохого. Не драматизируй слишком сильно. Я буду начеку и не дам себя в обиду, – решаю увильнуть от этой неразрешимой темы. – …Может лучше поговорим о Кирилле?
– А что о нем разговаривать? – краснеет подружка.
Разве не нужно?
Совершенно случайно я замечаю немного рассерженное выражение лица юноши, что притаился за кустом растения у барной стойки. Это явно Кирилл и он очень недоволен высказываем Юли…
***
В следующую нашу встречу Тимур попытался всучить мне еще один безбожно дорогой подарок. Шубу. Мне действительно было не совсем понятно, чего этот человек добивается. Айфон я так и не распаковала – неужели он не понимает, что и облачаться в норку не стану?
После разговора о том, как он дорожит моим равнодушием к деньгам, этот человек точно задался целью навязать мне новые ценности. Теперь все так или иначе сводилось к теме финансов – он даже предложил мою «старенькую потрепанную скрипочку» заменить на современный электронный вариант! Лишь после того, как я призналась, что это память о моей покойной маме – Тимур поумерил пыл. Ну а потом заявился с этим меховым манто!
– Подумайте, как я буду выглядеть, разъезжая в этой длинной белоснежной шубе в общественном транспорте?! – пыталась я воззвать к разуму сидящего передо мной человека.
Тимур выглядел довольным и даже счастливым – такое редко случалось раньше, а после нашей долгосрочной размолвки я уже и не думала увидеть на его прекрасном лице расслабленную улыбку.
– М… «роскошно»? – сделал свое предположение Тимур, запахивая на обнаженной, сильной груди шелковый халат.
– Надо мной же все смеяться будут! – еще чуть-чуть и мое терпение грозило лопнуть. – Тимур… – тяжело вздохнув, я была вынуждена сдаться и сказать, как есть. – Вы должны понять, что мой образ жизни, он… Довольно жалкий. Мне нечем кормить собаку, бабушка нуждается в лекарствах. Про себя я вообще молчу. Те вещи, что вы мне дарите – они… Они, конечно, очень красивые, но неуместные.
– …Ты и вправду недоедаешь? – беспечность исчезла с лица Тимура, будто ее и не было.
Зря я это сказала. Теперь это выглядело так, будто я прошу о помощи.
– Иногда бывает, – пожала я плечами. – Но это не значит, что…
– Я ведь просил тебя рассказывать мне, если у тебя случаются какие-то проблемы! – нахмурился Тимур, поднимаясь с кресла. Он выглядел очень рассерженным… И это он еще не знал, что я все еще должна моему профессору по сольфеджио шестизначную сумму денег!
– Не говорила, потому что не хотела вашего вмешательства, – призналась я.
– Почему?
– Вы…
Очень вовремя в голове всплывает отповедь Юли в мою строну. Главное не забывать о том, что все это понарошку, например, как сейчас.
– Наши отношения не на том уровне, чтобы делить мои беды.
Если бы мы встречались по-настоящему, я, конечно, приняла бы его помощь с благодарностью. Сейчас его «помощь» не казалась нормальной – пусть я и спала с ним, я не знала, с каким настроением он придет встретиться со мной завтра или послезавтра. Никаких гарантий я не имела, и не посмела бы просить о них. Сегодня Тимур «любит» меня и искренне проявляет заботу, но, если я вдруг ему наскучу – а это так или иначе должно произойти – мне придется быть его рабыней из бразильского сериала.
Я не боялась его упреков. Деньги. Все упираюсь в деньги. Мне смертельно не хотелось быть еще большей должницей.
Уверенный и немного заискивающий голос Тимура вытянул меня из безрадостных раздумий.
– Я могу быть для тебя настоящим парнем.
Ч…что?! Очевидно, он все не так понял!
Между тем, Тимур продолжал, ласково приобняв меня со спины:
