Нельзя сказать, что Крот знал всех в лицо. Он, однако, обратил внимание, что не встретил среди приехавших – когда последний пассажир из списка был уже на корабле – нескольких человек, наверное, не более десяти, лица которых он знал очень хорошо. И которые никак не могли не приехать. Правда, ему запомнились показавшиеся знакомыми глаза некоторых неприметных людей с незнакомой внешностью.
Было несколько семей с детьми не младше пяти-семи лет. Самым старшим пассажирам, их было немного, похоже, перевалило за восемьдесят. Основной же контингент составляли пассажиры возрастом от двадцати пяти до пятидесяти. Женщин было явно меньше.
Особый статус Макса как сына управляющего позволял ему задавать охране и техническому персоналу самые разные вопросы. И получать ответы на них.
Макс беспрепятственно гулял по палубам корабля. Встретив штурмана, попросил его устроить экскурсию, даже зашёл вместе с ним в рубку управления. При этом невзначай обращал внимание на пластиковые карточки-ключи от разных помещений. Как можно было Максу отказать? Никаких ограничивающих распоряжений управляющий не отдавал.
За день до старта Макс, прохаживаясь по четвёртой палубе, лестницы с которой вели вниз, к шлюзам «Койотов», случайно взглянул в иллюминатор именно в тот момент, когда к кораблю подходила группа людей. До них было далеко, но Макс сумел разглядеть: два охранника вели Свету и Ричарда, которые были в наручниках. В каких именно каютах разместили пленников, не составило труда проследить.
Ну что ж, теперь все в сборе. Не только на этом корабле, но и на всей этой половине земного шара, подумал Макс, более дорогих для него людей сейчас не было. Перед стартом, после специального оповещения, всем находящимся на корабле нужно будет занять места в своих антигравитационных креслах. Завтра они будут в ближнем космосе.
Стивен Хорши, Кранк и ещё два сотрудника нового отдела «ГТК», как и остальные сотрудники резиденции, включая и Гретту, продолжали выполнять свои функции. Управляющий Крот каждый день проводил утренние оперативные совещания и ставил новые задачи.
– Первый утвердил, уже в деталях, план операции «Невод». По обоим районам. Придётся нам разделить, кто какой район будет вести. Кинем на пальцах?
– Давненько не надевал я бронежилет. – Виктор потянулся. – Наконец-то вкусная работа. А что тут делить? Дан приказ: тебе – на запад, мне – в другую сторону…
– А зачем тебе, – спросил Андрей, – бронежилет? Руководить можно на расстоянии.
– Это ты, что ли, собираешься руководить на расстоянии? Сказки мне не рассказывай. Первый полезешь в пекло.
– Самое пекло будет, наверное, как раз в другой стороне. Давай наоборот?
– Слушай, ты где научился перечить старшему по званию? Где будет жарче, известно только Богу. А он любит преподносить сюрпризы и поэтому заранее нам ничего не расскажет. И потом, посмотри в зеркало. Кого из нас проще загримировать под африканца? А я хочу быть поближе к внуку. Всё, проехали. Давай уточнять варианты и детали.
Итак, начнём с запада. Вчера три серых бронированных грузовика заехали в док. Очевидно, привезли бомбы, сегодня начнут загружать в трюм. К выходу в море будут готовы, возможно, уже через пять-семь дней.
Из штатного экипажа сейнера в двадцать два человека останутся четверо: капитан, лоцман и два механика. Добавится «рыбаков», видимо, не более тех десяти человек, которые уже прибыли в Матозиньюш и поселились в отеле «Порто Мар». Это морская пехота, а вообще весь экипаж – потенциальные смертники, хотя капитан и его люди об этом могут и не догадываться. Больше народу для выполнения задачи, как они считают, им не надо. Что придумали в «ГТК» на тот случай, если что-то пойдёт не так, мы не знаем. Вполне возможно, что 16-му флоту поручено подстраховать «рыбаков» из-под воды. Надо быть настороже.
– Насчёт смертников, конечно, информация интересная… Только мы все на нашем шарике, кроме разве пассажиров «Шерхана», для них смертники. Поэтому в выборе пособников у них ограничений нет.
– Но, в отличие от многих других, мы-то о приготовленной нам участи знаем. Продолжим. Растягивать цепь точек взрывов больше, чем на 350–400 миль, они не станут, это снизит эффект, учитывая, что всех точек шесть. Скорее всего, первая точка будет чуть восточнее Сицилии. Ходу до неё из дока при скорости сейнера около десяти узлов – неделя.
– Всё так. Значит, их надо брать не дальше, чем в ста-двухстах милях восточнее Балеарских островов. Но мы не знаем также, какой границы нейтральных вод – северной или южной – они будут держаться. Нам надо будет принимать решение по месту за восемь-десять часов до начала операции. И подготовить на всякий случай две группы захвата.
– Но поскольку арабы и испанцы внешне немного похожи, на твоём гриме мы сэкономим.
– Я вижу, Витя, именно мой грим ты считаешь самой большой проблемой операции.
– А разве нет? Всё остальное решаемо. Притворитесь каким-нибудь рыболовным контролем, проверите разрешение на промысел и так далее. Главное – чтобы они не взорвали сейнер вместе с вами. Я в тебя верю, ты же знаешь.
