– Владимир Максимович, здравствуйте, проходите, мы вас ждём. Устраивайтесь. Расслабьтесь. Хочется продолжить: и постарайтесь получить удовольствие, – но, боюсь, вы меня неправильно поймёте.
Процедура заняла не более двадцати пяти минут.
– Могу поделиться первыми впечатлениями. И, знаете, я приятно удивлён. Среди почти сорока кандидатов вы уверенно лидируете. Если вы примете предложение о сотрудничестве с нашим Центром, я сверну кастинг, и можем предметно обсуждать условия работы.
Собеседник Владимира Максимовича был примерно в два раза старше него. На нагрудном кармане белоснежного халата значилось: Вячеслав Александрович, старший научный сотрудник.
Владимир явно не был готов к тому, что в знаменитом, загадочном и престижном Центре «Орион» к нему будут обращаться по имени-отчеству, хотя он не раз уже после победы в конкурсе «Я – лидер!» слышал – от кого-то с завистью, от многих с восхищением, – что перед ним теперь «открыты все двери».
– Вячеслав Александрович! Ваше приглашение на кастинг – уже честь для меня. Но я пока не очень представляю, в каком качестве я мог бы работать в вашем Центре…
– Сейчас расскажу. Центр «Орион» организовался почти десять лет назад. Первые два-три года мы практически нищенствовали, хотя под крылом Центра собрались ребята, которые уже умели многое. Мы на спор вызвались сделать робота, который заставил бы общающегося с ним человека поверить, что он живой. Если бы мы проиграли, нас бы выселили из этого вот помещения – точнее, из той его небольшой части, которую мы тогда занимали. Это означало бы нашу самоликвидацию. В случае выигрыша мы получили бы деньги на развитие. Мы сделали робота-бомжа.
– Это случайно не тот робот, которого звали Кореш?
– Именно. Вот и вы слышали.
– Да, но, наверное, эта история за годы обросла слухами, которые мало соответствуют действительности.
– Я расскажу вам, как всё было на самом деле. Общеизвестно, что тело человека асимметрично. Первые роботы с телом, в котором левая и правая половина были абсолютно зеркальны, как раз этим себя и выдавали. У нашего Кореша левая нога была короче на три сантиметра, поэтому он прихрамывал. Нос смотрел чуть вправо, уши слегка отличались по размеру… Он шепелявил. Мы научили Кореша разговаривать на сленге маргиналов и подворотен, профессионально ругаться матом. Рассказывать анекдоты и истории из жизни бомжей. Пить вино. У него отрастали волосы, раз в неделю он брил усы и бороду. Он нашёл себе друга, которого звали Николай. В химкинских подвалах летом и на чердаках зимой они прожили вместе целый год.
И вот однажды у него слетела микросхема. Николай, проснувшись утром рядом с ним, неподвижным, вызвал скорую. Врачи, не обнаружив ни пульса, ни дыхания, вызвали перевозку. Только в морге на табличке, на спине, прочитали наши контакты, связались с нами, и мы забрали Кореша.
Самое интересное было дальше. Николай захотел попрощаться с другом, пришёл в морг, и его отправили к нам. Как вы думаете, что он сказал? Раз, говорит, вы его забрали из морга, значит, он не умер. Мне, говорит, пофиг, что у него внутри: железо, пластмасса, микросхемы. Вы мне говорите, что восстановить его очень дорого стоит? Если, говорит, у него нет денег, чтобы вылечиться, я продам свою почку.
– И это означало, что вы выиграли пари.
– Мало того. Наш оппонент подарил нам денег в десять раз больше, чем проспорил. С той поры мы – лучшие друзья.
– История, которую вы рассказали, говорит о том, что в вашем Центре работают специалисты высочайшего уровня. Тем более актуален мой вопрос: чем же я могу быть вам полезен?
– Объясню. Во-первых, скажу, что вы явно скромничаете. Вам двадцать четыре года. Вы получили фундаментальное образование, окончили с отличием факультет управления и прикладной математики Физтеха. Параллельно – Экономический университет. Параллельно участвуя в конкурсах «Я – лидер!», в последнем вошли в десятку финалистов. Я не стану перечислять ваши звания от участия в международных олимпиадах…
– Похоже, вы знаете обо мне всё.
– Владимир Максимович! После сегодняшнего теста мы знаем о вас больше, чем вы сами знаете про себя! Но образование, знания – это не всё и даже не главное. Сейчас мы работаем над созданием роботов-педагогов, роботов-воспитателей, роботов-психологов. Думаю, нет нужды объяснять, насколько важно качество материала, который мы будем вкладывать им в голову. Робот – он же как ребёнок. Как его воспитаешь, чему научишь, с тем он и пойдёт во «взрослую» жизнь, к людям.
