Третий рейх, уже агонизируя, создал «Гитлер-югенд». Подросток с фаустпатроном в руках был страшнее, чем специально обученный тридцатилетний эсэсовец. Разве это не прообраз биологического робота, умеющего только убивать, у которого отключено всё, что касается морали? А ведь это – «человеческий детёныш», которому, казалось бы, ничто человеческое не должно быть чуждо. Почти то же почти получилось у киевских неонацистов через восемьдесят лет. Поэтому очень важно, кто и чему будет учить детей нашего Центра. А самое важное – как мы будем их учить. Мы разработали и уже применяем методику, при которой ученик подключается к подсознанию своего учителя и копирует, без преувеличения, его мировоззрение.
Владимир Максимович! Мы хотим пригласить вас в качестве учителя для наших роботов. Тест, который вы сегодня прошли, – это тест на человеческие качества. На данный момент, пока мы не оформили наши отношения, я не могу поделиться с вами более подробной информацией. Во-первых, нужно ваше окончательное согласие.
– Я ведь подписывал документ, где соглашался на тестирование.
– Да, но только на тестирование. Вы дали нам разрешение заглянуть вам в душу, чтобы понять, можем ли мы доверить вам быть учителем наших роботов. А теперь нужно будет заключить контракт с оговорёнными условиями. Прежде чем мы сможем его подписать, с результатами теста должны ознакомиться наши сотрудники, отвечающие за этот проект, и его куратор. Я уверен, что возражений не будет, но процедуру надо соблюсти. Поэтому предлагаю вам до десяти часов понедельника всё обдумать – вам хватит четырёх дней? Тогда, надеюсь, до встречи!
Центр «Орион» нашёл себе место на северо-западе Московской области, в нескольких километрах от Зеленограда. На въезде Владимира попросили выйти из машины, открыть багажник, затем пройти через двухметровый коридор-тоннель.
– Проезжайте, первый корпус справа. Вас ожидают, второй этаж, комната 202.
В обе стороны от КПП уходил трёхметровый забор, который уже через полсотни метров скрывался за деревьями и кустами. Казалось, что это территория девственного, но при этом очень ухоженного заповедного леса.
В прошлый приезд, на тестирование, Владимир попал в Центр в салоне бусика с сильно тонированными стёклами, через которые мало что смог разглядеть. Сейчас он с интересом вертел головой.
Ехать до первого корпуса нужно было почти километр. С левой стороны от двухполосной дороги с идеальным покрытием среди зелени расположились спортивные площадки: баскетбольная, теннисный корт. Чуть в глубине – здание из стекла, похожее на Дворец спорта. Справа тянулась берёзовая роща. Пение птиц приглашало прямо сейчас выйти из машины и погулять в этой роще, где уже за ближайшими кустами просматривались живописные изгибы неширокого ручья. Что ж, очень привлекательное место для творческой работы…
Парковка перед корпусом была наполовину занята. Владимир нашёл свободное место, подключился к зарядному устройству. Пока что он не встретил ни одного человека, не считая двух охранников на КПП.
Дверь в комнату 202 была приоткрыта. Кроме Вячеслава Александровича за столом непринуждённо расположился солидного вида сорокалетний мужчина с аккуратно подстриженными рыжими усами и бородой и уже появляющейся на лбу лысиной.
– Заходите, Владимир Максимович. – Вячеслав Александрович поднялся навстречу вошедшему, но смотрел не на него. – Господин Стокк, вот наш тот самый претендент номер двадцать один. – И снова к Владимиру: – Знакомьтесь. Глава корпорации «Веб фактори» господин Ричард Стокк.
Он не успел ещё договорить эту фразу, когда у Владимира вырвалось:
– Дядя Ричи?!
Глава корпорации раскинул руки в стороны, вышел из-за стола, сначала пожал Володину руку, потом обнял его и сказал:
– Вот это сюрприз!
Глаза Вячеслава Александровича сделались квадратными от удивления.
– Вы знакомы?
– Немного, – ответил за двоих дядя Ричи. – Это мой крестник. Ну что же. Я всегда говорил, что у твоих родителей должны получиться хорошие дети! Как они поживают?
Он уселся обратно за стол, жестом пригласив Володю сесть напротив, как будто это он был здесь хозяином. Володя уже и забыл, что пришёл на самую на сегодняшний момент важную встречу в своей жизни, и, тоже не обращая внимания на Вячеслава Александровича, выпалил:
– Не разговаривают уже три дня!
– Что? Не разговаривают? Придётся мне их повоспитывать. Кстати, я ведь к вам должен прийти двенадцатого числа. Итак, – Ричард довольно долго и внимательно смотрел на Вячеслава Александровича, – нет нужды мне задавать этому молодому человеку дополнительные вопросы. Я его хорошо знаю. Думаю… думаю, он нас не подведёт. Оформляйте.
– Роботы-воспитатели, даже необязательно человекообразные, – это совсем не те роботы, которые нас сейчас повсеместно окружают, – Вячеслав Александрович вводил Владимира в курс дела. – Начнём с очень короткого экскурса в историю развития робототехники, как раз успеем дойти до вашего рабочего места. Или роботехники, как понравилось называть эту отрасль переводчику Айзека Азимова. Мне лично, кстати, нравятся больше других произведения Роберта Хайнлайна.
