- По-твоему, Бог может ошибаться? Но разве не Он и определяет те критерии, по которым мы все определяем свои ошибки?
- Я тоже так полагал. Но получается, что это не совсем так. Иисус мне на это намекнул. Он сам свои действия и представления сверяет с неким неведомым нам совершенным образцом. Он уверяет, что мир на самом деле не настолько детерминирован. И, возможно, свобода воли вовсе не фикция, а реальность. И она завела нас всех в тупик. И Он хочет выяснить, почему произошел поворот в другую сторону.
- Это ничего общего не имеет с учением церкви, Марк!
- Чем хуже для учения церкви, - пожал плечами Марк. - Почему мы все должны сопоставлять с ним. И если какое-то положение ему противоречит, оно автоматически превращается в ошибочное. Это абсурд!
- Но на этом абсурде стоит все здание нашей церкви.
- Но это ничего не меняет. Сейчас стоит, завтра упадет.
- Столько веков не падало, а сейчас, по твоим словам, настал миг обрушения.
- Я не заявлял, что церковь упадет прямо сейчас. Я не знаю, когда. Я лишь хочу сказать: от того, что ложь продолжается слишком долго, она не становится правдой. Она становится еще большей ложью. Только к ней так все привыкают, что почти никто не в состоянии понять, что она из себя представляет. И не желают покончить с ней. Она становится настолько укорененной в нашем сознании, что многим и подумать страшно, что это может быть заблуждением. И готовы сделать все, чтобы защитить свои позиции. Люди живут во лжи и даже об этом не подозревают. Более того, они и знать ничего про это не хотят. А когда находится кто-то, кто указывает им на это обстоятельство, обычно его побивает каменьями. Не мне говорить тебе, что так много раз бывало. Хотя бы та же история с Иисусом. Разве не так все произошло? Но так уж устроено, что рано или поздно всему приходит конец. В том числе даже лжи, в которую верят миллионы. Не пришел ли как раз такой момент?
- Нет, не может быть, чтобы все была одна ложь, - решительно заявил отец Вениамин и даже немного прибодрился.
- А откуда ты, собственно, знаешь, может или не может? Твое допущение ни на чем не основано. Вернее, основано на нежелание посмотреть правде в лицо. - Марк встал и прошелся по комнате. - Знаешь, меня давно поразило одно обстоятельство: люди вместо того, чтобы радоваться, что освобождаются от тьмы заблуждений и у них появляется шанс выйти на свет истины, не желают расставаться со своими предубеждениями. Они не считают это освобождением, наоборот, ненавидят его всеми фибрами души. И еще крепче держатся за свои старые представления. Не Он ли провозгласил: " и познаете истину, и истина сделает вас свободными". Так, последуй этому призыву Спасителя. Ведь каждое Его слово для тебя свято.
Отец Вениамин задумчиво молчал.
- Я и не знал, что верить так тяжело, - после длительной паузы промолвил он.
- Ты не прав, если верить тяжело, это не вера, а принуждение. И ты как раз принуждаешь себя к ней. Спроси себя отец: зачем? Что это тебе дает? Какую цель ты преследуешь. Ведь ты не знал и не знаешь ответов. Разве не так?
- Еще сегодня утром я знал.
- Это была иллюзия, самообман. А ведь когда-то ты задавал себе эти вопросы. Но на тебя надавили и ты перестал. Не слишком легко ты капитулировал.
- Ты сегодня, как судья. Пойми, сын, не мог я бороться со своими. С чужими - да, до последнего вздоха, а со своими - не в состоянии. Что-то внутри мешает, - дотронулся отец Вениамин до груди.
- Это не аргумент, а самооправдание, - не принял Марк объяснения. - Свои - это те, кто отстаивает истину, а не собраться по корпоративному цеху. Выходит, если кто-то подлец, то важней всего из своей ли он команды или нет? Это ущербная практика, она ведет рано или поздно к личной трагедии.
Отец с каким-то изумлением посмотрел на сына.
- Откуда ты все это постиг? - осведомился он.
Теперь на какое-то время задумался и Марк.
- Не знаю, отец, как-то все само пришло. Я ловлю себя на то, что после знакомства с Ним у меня иногда возникают мысли, которые удивляют меня самого.
- Полагаешь, тебе внушает их Он?
- Возможно. А возможно, что вдруг расширился мой горизонт, и я стал заглядывать в те его зоны, куда раньше не мог попасть. Но разве суть в этом.
- А, по-твоему, в чем?
- Истинны ли эти слова или ложны.
- Как же определить? Спросить у Него?
Марк отрицательно покачал головой.
- Он не скажет. Он посоветует искать самому. Подлинная истина только та, которую человек находит в результате собственного поиска, а не когда ее ему преподносят, словно чай на подносе. Я уверен, он придерживается такого же мнения. Он понимает, что допустил ошибку, когда не стал препятствовать апостолу Павлу от Его имени создавать религию и церковь, где все заранее расписано и определено. И я подозреваю, что Он появился тут, дабы ее исправить. Но для этого ему нужны помощники и соратники. Думаю, с целью их поиска Он и появился здесь. Каждому из нас рано или поздно предстоит решать, на чьей он стороне.
Отец Вениамин посмотрел на сына долгим взглядом.
- Я должен все обдумать, сын.
18.
