- Смирение состоит не в этом. Смирен должен быть дух, а не согнуты в коленях ноги. Прошу вас, встаньте.
Иисус мягко положил руки на плечи священника и приподнял его. Отец Вениамин встал.
- Я так долго ждал этой встречи, что-то мне подсказывало, что она возможна. Но не знаю, ни что говорить, ни что делать.
- Пригласите нас к себе. Мы с удовольствием попьем чаю.
- Это для меня безмерная честь. Пойдемте. Я живу совсем рядом.
Они вошли в дом. Отец Вениамин провел всех в столовую. Но стульев не хватило.
- Марк, неси стулья из других комнат, - приказал отец.
Марк бросился в другие комнаты, в том числе и в ту, в которой провел детство. Там был всего один стул. Он подхватил его и помчался обратно в столовую. Ему почему-то вдруг очень захотелось, чтобы Иисус сел именно на него.
Он поставил стул перед Иисусом, Тот поблагодарил и сел на него.
Вместе с отцом Марк удалился на кухню для приготовления чая. Впервые за все это время они оказались наедине.
- Ты давно общаешься с Ним? - поинтересовался отец Вениамин.
- Всего несколько дней.
- Почему ты мне сразу не сообщил?
- Я не сразу поверил, что Он - это Он. Я думал, когда ты узнаешь, кто это, с тобой случится что-то невероятное. Потеряешь сознание.
- Невероятное и случилось, я дожил до великого счастья.
- Но внешне ты спокоен.
- Ты не можешь узреть, как трепещет мой дух. Произошло нечто такое, что выходит за пределы нашего понимания. Если Он пришел, если Он сидит в моем доме, значит, вся моя жизнь была не зря. Что может с этим сравниться? Все остальное не имеет значения.
Марка охватило волнение.
- Выходит, ты сомневался в своем призвании?
Ответ последовал не сразу.
- Был грешен. Но мой грех не навлек на меня позора, иначе Он бы не пришел ко мне. Теперь у меня нет больше сомнений и мне ничего не страшно. Я с благодарностью приму свою судьбу, какой бы она не была.
Они погрузили чашки с чаем и угощение на подносы и направились в столовую.
После дороги все немного устали и проголодались и потому накинулись на чай, пирожки и печенье. Даже Марк с удовольствием пил, несмотря на то, что с волнением думал о том, что последует дальше.
- Благословите меня, мой Господь, - попросил отец Вениамин.
Реакция Иисуса удивила Марка.
- Зачем вам мое благословение. Вы и без того благословлены. Вам этого не требуется.
- Могу я задать Вам вопрос, Отче?
- Разумеется.
- Зачем вы здесь? Вы пришли нас судить?
- Я пришел разобраться, что произошло на эти две тысячи лет.
- Я понимаю. Это необходимо. Если я могу помочь, буду счастлив.
- Скажите, что я, по-вашему, должен делать?
- Вы спрашиваете меня? - изумился отец Вениамин.
- Я спрашиваю многих. Вы полагаете, что человек задает вопросы Богу, но и Бог задает вопросы человеку. Иначе стоило ли его создавать? Если человек не способен ответить на вопросы Бога, он Богу не нужен. Ошибка в том, что большинство думают, что общение с Богом - это монолог, а на самом деле - диалог.
- Мне трудно привыкнуть к такой мысли, привык смотреть на Бога по-другому.
- Но только так и возможно общение в виде диалога, он основа всего, что происходит, непременный атрибут любого развития. Там, где нет диалога, нет и развития, а есть деградация. Это была ошибка.
- Ошибка? Но в чем? И кого? - не понял отец Вениамин.
- Я не внушил мысль, что люди и Бог должны разговаривать друг с другом на равных.
- Разве такое возможно?
- Вполне. Только такое общение может быть плодотворным. Все, что носит односторонний характер, изначально ущербно.
- Не знаю, я не могу сразу привыкнуть к такой мысли. Всю жизнь я обращался к Тебе с молитвой. И ждал знака от Тебя.
- Вот я и пришел.
- Да, пришел, - подтвердил отец Вениамин. - Но все происходит совсем не так, как я ожидал.
- Господь - это не господин. Вы должны понять и принять эту мысль. Так вам внушали, но это не правильно. Это чересчур простая схема. Хотя, каюсь, когда-то я и сам так полагал.
- Вы критикуете самого себя? - изумился отец Вениамин.
- Что вас в том удивляет. Разве мир совершенен. Когда он станет таковым, тогда исчезнет и критика. В том числе и в божественный адрес.
- Могу ли я Тебя спросить?
- Разумеется.
- Почему Ты пришел ко мне, почему пришел в мою церковь.
- Мы приехали к вам со службы в храме Христа Спасителя, - произнесла Мария Магдалина. - Там все безжизненно, мертво. Там нет духа ни в тех, кто проповедует, ни в тех, кто внимает проповедям. А у вас тут живое. И это благодаря вам.
- Вы слишком добры ко мне, - растрогался отец Вениамин. - Просто я всегда знал, что Ты существуешь. И это придавало смысл моей жизни. Не представляю, как бы я жил, если бы не Ты.
- Так нельзя, - мягко возразил Иисус. - Неверно сосредоточиваться на чем-то одном. Это ведет к фанатизму. Бог - это единство во всем, а не единство всего. Помните всегда об этом отличии. А теперь нам надо идти, нас ждут другие дела и другие встречи.
- Могу я Тебе задать личный вопрос, хотя понимаю, что не имею на то право? Но не могу удержаться.
Иисус несколько мгновений смотрел на священника, затем улыбнулся.
- Ты хочешь узнать о своей жене, как она там, на небесах.
