Макузь же получил по голове вопросами, которые требовалось прочищать и прочищать, до полной прозрачности. Сама факта существования дороги через топь, при том длиной около трёх килошагов, уже очень внушал, но требовались подробности. При этом, следует цокнуть, добыть эти подробности не имелосиха никакой возможности кроме как тупо съездить туда и выслушать в оба уха, поэтому пока грызь отложил это, лишь записав тезисно, какие именно подробности нужны. Пока же предстояло раскинуть, и он раскинул; вечерами грызь не удерживался и прицокивал на ушки Ситрик, а та благосклонно выслушивала, но по большей части варил под своими ушами, ибо негоже крошить на чужие уши сырой батон.
Погода всё более сворачивала на весну — очередную, да — снег подтаивал, ветер тащил сырость и некоторую теплоту, пуши и прочие зверьки готовились к половодью, в частности запасая корм и укрепляя защитные грунтовые стенки, нарытые против затопления чего-либо паводком. Тем не более, по тропинкам всё ещё можно было ходить — утоптанные до состояния льда, они не проваливались и пока не развезлись в грязь, чем Макузь и пользовался. Выйдя из ситриковской избы, он кочевал кругами по обильным пролескам, разделявшим группы строений возле дорог, и цокал себе под нос. Наличие ёлок и Леса в целом крайне этому способствовало.
Затопленность топи намекала на то, что если вырыть канал, возможно перемещение по нему плавсредств. Однако в нулевых Макузь крайне туго представлял, как вырыть канал в болоте, а главное как уберечь его от заиливания до прежнего состояния и зарастания водорослями. Это тоже стоило проверить, но на первый вслух грызь цокнул бы, что это невозможно — открытой воды на болоте не бывает, её тут же заполонит растительность, а чистить несколько килошагов постоянно — можно опушнеть. Кроме того, сама идея постоянно полоть растения была чужда грызям — они так не делали даже на огородах, а делали так, чтобы сорняки не росли вообще. Дать им расти и потом полоть казалось верхом глупости, а выдёргивать из земли и уничтожать совершенно годные растения, которые просто не там сидят, тоде отнюдь не радовало ухо. Короче цокнуть, версию с каналом Макузь запорол.
В качестве другой альтернативы дороге выступал нарочно сконструированный агрегат для перемещения по трясине. Макузю с его техническим песком в голове не составляло труда представить в общих чертах, как это сделать: что-то вроде плоскодонного парохода, который толкается циклически работающими упорами, наползает корпусом на трясину и так движется. Однако это казалосиха сложным в исполнении, со спорным результатом по грузоподъёмности, а главное опять приводило к прополке пути. Грызь выбросил и этот вариант.
Далее он вернулся к одному из главных видов грызотранспорта — зимоходам. Допустим, если ухитриться наморозить поверх обычного болотного льда ледяную дорогу, по ней можно пустить и «леммингов», не то что мышей. Как намораживать, он знал — на реке пилили лёд, выкладывали тонкие стенки по краям и затем при помощи насоса, питаемого от паровика, накачивали туда воду — получался толщенный мост, выдерживавший самые тяжёлые машины. Однако в данном случае это означало, что весь остальной год места добычи будут оторваны от «берега», а ведь туда надо завозить огромное количество дров для питания паровых машин, перемещать смены трясущих и вывозить собственно тар. В этом не было бы ничего невозможного, но возле пруда просто негде складировать запас топлива на весь год и весь полученный тар. Кроме того, если возникнет надобность в доставке какого-нибудь механизма достаточной крупности, по тропинке его не припрёшь, и придётся ждать год до холодов, что ясное дело, не в пух. Ходить со смены пятнадцать килошагов по брёвнышкам — в общем тоже.
— Таким образом! — цокнул Фрел, когда всё вышецокнутое было озвучено и разжёвано, — Эти варианты не подходят, остаётся только гагать.
— ГАГАГА!! — хором гаганули грызи.
— Да. Как предложил Макузь-пуш, можно понадеяться на узкоколейную рельсовую колею. Для того чтобы она не утонула, понадобится мыслимое количество брёвен, уложенных в гагать. Всмысле, если колея будет ширококолейная, то брёвен понадобится пухова туча.
— Тут нужны уточнения, — добавил Макузь, — Навроде того, в основном, сколько времени может пролежать бревно до тех пор, как не сгниёт окончательно. А то вы сами понимаете, что негодно расходовать слишком много дров, чтобы получить слишком мало тара.
— Да, но вот тут выкладки по добыче, — показал Бульба, — За день может потребоваться перевозить по пять кубов дров к каждой топке, а их у нас, в максимуме, может быть десять, итого пятьдесят кубов. По узкой колее столько уедет?
— По узкой колее за день? — хмыкнул Макузь, — ОЯгрызу сколько уедет. Вот выкладки.
— ОЯгрызу. Вопросов больше не имею.
— Тобишь у нас два песка, — показал на пальцах Фрел, — Один и второй. Первый это выяснить с самим таром, и тут есть подробный план действий. Макузь?
— Что? Всмысле, трясти? Конечно! — грызь мотнул ушами.
— Тебе ещё кто понадобится?
