- Этот ресторан и твой тоже, Саша. Именно ты тянул его все эти годы.
- Без твоих рецептов и идей, мы по-прежнему были бы ещё одним кабаком Рушевки, а так к нам ездят кушать из столицы, а с недавних пор стали заказывать свадьбы. Тут одна киевская фирма – организатор свадеб – подписала с нами разовый договор. Мы на день закрыли ресторан и приняли около сотни гостей – в основном, киевский бомонд. Так наши клиенты были в восхищении от кухни и интерьера. Сказали: «Европейский шик – стильно и солидно». Но когда мы перестроим «Лору», а ты станешь хозяйничать на кухне, да ещё встречать и провожать самых важных гостей лично… - тут Саша зажмурился, словно сытый кот, - наше положение абсолютно упрочится и авторитет ресторана уже никто не сможет поколебать.
Когда управляющий ушёл, Женя в который раз обошёл квартиру родителей и понял, что здесь тоже требуется ремонт. Обои давно выцвели, плитка в ванной кое-где начала отваливаться, да и общий интерьер удручал, словно на дворе по-прежнему был конец 90-х.
«Хоть это и память о родителях, но ковры и мягкую мебель я выброшу, - решил Евгений. – Румынская стенка пусть остаётся, она солидная и удобная, а всё остальное – вон. Кухню тоже нужно сменить, поставить хорошую плиту и духовой шкаф, а ещё стоит прикупить новый холодильник с большой морозильной камерой».
Предстоящие новшества Семёнова бодрили. И хотя впереди ожидало много работы по перестройке ресторана, результат должен был стать наградой за долгие годы топтания по кухням Европы.
Спустя месяц, известив заранее всех клиентов, а также разместив объявление на сайте ресторана, «Лора» закрылась на перестройку. Подрядчику были поставлены жёсткие условия – всё сделать быстро и качественно.
- За старательность и инициативу я обещаю выплатить солидную премию, - пообещал Женя. – Наш ресторан – центральный в Рушевке, но сюда съезжаются кушать многие известные лица Киева: журналисты, бизнесмены, депутаты, артисты столичных театров. Их отзывы станут рекламой не только «Лоре», но и строителям, которые быстро и качественно осуществили перестройку здания.
А через два месяца ресторан было не узнать. Он вырос, подняв остроконечную коричневую крышу выше окружающих его старых каштанов. Верхушку здания венчал забавный флюгер в виде ворона, стены выкрасили в светло-оливковый цвет и навесили коричневые ставни на окна, отчего ресторан стал вызывать ассоциации со швейцарским шале.
- Почему швейцарским? – спросил Саша. – У Франции ведь тоже есть свои Альпы? Лично мне стилизация «Лоры» кажется абсолютно французской.
- Не важно, - хмыкнул Женя. – Главное, подрядчик не подвёл и постарался быстро провести запланированные работы.
- У него не было другого выхода, - засмеялся управляющий. – Весь персонал «Лоры» следил за строителями, замечая любые их недочёты, а ещё ты кормил всех работяг вкусностями.
- Мне нужно было определиться, чем мы станем удивлять наших посетителей, когда они приедут на открытие ресторана, - улыбнулся Семёнов.
- Рабочие говорили, что вначале даже не понимали, что едят, когда спускались в зал на обед, - заржал Саша. – Ты их избаловал изысканной кухней.
- Ну и ладно, - отмахнулся Женя.
- Как же после этого строители могли напортачить? Для них стало принципиальным делом доказать тебе и всей Рушевке, что украинцы могут строить качественно и быстро.
- Да всё пространство бывшего СССР построено выходцами из Украины, - возразил Женя. – Наши люди всю жизнь ездят на заработки, то на восток, то на запад.
- Это правда, - согласился Саша. – И сейчас, благодаря их стараниям, наш ресторан стал главной изюминкой города.
Надя.
- Женя вернулся, ты знаешь? – как-то поинтересовалась у Нади подруга Таня. Они виделись почти ежедневно, чтобы обсудить последние новости или просто помолчать рядышком, когда кому-то из них было особенно тошно.
- Ох, - вздохнула Надежда и рухнула на ближайший стул. – Ну что же, это должно было когда-то случиться. А что говорят в городе?
- Семёнов собирается перестраивать ресторан, - доложилась Таня. – Как именно, я ещё не в курсе, но твой муж и мой шеф вчера вскользь упомянул, что у нас ожидается большой заказ черепицы.
- Ну-ну, - пробормотала Надежда.
- Ты вроде, смутилась, подруга? – иронично поинтересовалась Татьяна. – С чего бы…?
- Столько лет прошло, а я до сих пор помню свой обман, - честно призналась Надя. – Да, Петя – сын Вадика, но ведь мог и не быть. Я несколько лет жила под гнётом своей вины, а теперь жалею, что так маялась, глупо, да?
- Это всё наше ханжеское воспитание, когда даже с экранов телевизоров вещали, что в СССР секса нет, - ответила подруга. – Первая любовь, молодость, головокружение от возможности провести ночь со своей мечтой – это нормально, понимаешь? Когда же ещё дурить, если не в студенческие годы? Да и потом, в течение жизни, почти у каждого человека случаются походы «налево».
- Ага, у моего Вадика целая автострада проложена в ту сторону, - скривилась Надежда.
- У всех нас есть тайны, о которых не знают близкие, - вздохнула Таня. - И слава Богу! Иначе мы бы поубивали друг друга.
