И тут меня посетила самая стоящая идея за последние дни, я набрал телефон начальника службы безопасности:
- Борис Николаевич, мы можем вычислить, где человек, если его телефон вне зоны?
- Да, Евгений Иванович, если сим-карта работающая.
- Записывай номер – мне нужно срочно выяснить местонахождение одного человека.
Через несколько минут начальник службы безопасности зашел в кабинет:
- Евгений Иванович, как-то странно показывает. Такое ощущение, что телефон парит в воздухе.
Борис Николаевич показал планшет, где красной точкой мигал телефон Дины. Я сразу понял, где это - она на своем обрыве. У меня мороз побежал по позвоночнику. Только бы не опоздать.
- Дима, поедешь со мной, - выбегая на ходу схватил пиджак и набрал номер своего водителя.
- Витя, срочно машину подгоняй.
Эти 30 минут мне показались вечностью. Я постоянно подгонял своего водителя, который и так из-за меня нарушал все правила. Когда мы подъехали к месту, я сразу увидел машину Дины. Выскочив из джипа до того как он остановился, я подбежал к машине и подергал ручки – закрыто. Внутри тоже никого. На улице нещадно лил дождь, и я тут же промок до нитки.
Добежав до смотровой площадки, спустился к дереву, на котором мы сидели. Дины нигде не было. Я запаниковал – неужели опоздали? Я выкрикивал имя Дины, но ливень и молнии заглушали мои крики. И тут я вспомнил, что девушка говорила, что она любит сидеть еще ниже, на бетонном выступе. Спустившись, я наконец-то увидел девушку. У меня даже голова от облегчения закружилась.
Дина лежала на бетоне, распластавшись как звезда, скользя по глине, я быстро спустился вниз, рискуя сорваться. Потрясся девушку за плечо, я понял, что она без сознания. Приложив палец к шее, нащупал пульс, живая. Взяв ее на руки, я быстро начал подниматься, но из-за дождя почва превратилась в каток. Но ко мне на помощь уже подоспели Витя с Димой. Я передал Дину Вите, а Димка помог мне выбраться.
- Скорее, надо в больницу. Она без сознания. Дим, отгонишь к моему дому ее машину?
Дима кивнул, с ужасом разглядывая серо-белое лицо Дины.
Я сел с Диной на заднее сиденье джипа и достал из-под сидения плед. Раздев девушку до нижнего белья, укутал ее в плед, растирая ледяные конечности. Сколько она там пролежала? Ее тело было огненным, а на щеках появился нездоровый румянец. У меня у самого с носа капала вода, взяв свой пиджак, я кое-как вытер волосы.
- Евгений Александрович, в какую больницу везти?
- К Василию Ивановичу.
Я набрал номер дяди и объяснил о случившему, сказав, что скоро будем у них.
Пока мы ехали, Дина открыла глаза, и что-то начала шептать, глядя на меня. Явно в бреду.
- Любимая, потерпи. Скоро нам помогут, - я дрожащей рукой погладил ее по щеке. Но Дина опять провалилась в забытье.
Когда мы подъехали, нас уже ждали санитары с носилками. Я аккуратно уложил Дину, и они понеслись к зданию больницы. Я следом, но у реанимационного корпуса меня остановил Василий Иванович:
- Все Женя, дальше нельзя. Жди у меня в приемной, - он оглядел меня, - а лучше съезди домой и переоденься. Еще тебя не хватало лечить.
Я не знаю сколько прождал в приемной. Мысли как пчелы роились в мозгу, и я не мог сконцентрироваться ни на одной из них. Позвонил Дима:
- Дружище, ты как?
- Никак.
- Тебе что-то нужно?
Я задумался, учитывая, что весь мокрый, попросил привезти мне сменную одежду. Димка приехал на удивление быстро и привез мне свои джинсы, футболку, куртку и кроссовки – хорошо, что мы с ним похожей комплекции. Пока я переодевался, Дима принес кофе и печенье, но в меня ничего не лезло, поэтому я просто сделал пару глотков горячего кофе, чтобы согреться. Через час пришел Василий Иванович.
- Оба голубчика тут, – окинул он нас жестким взглядом.
- Пап, ну что? – не удержался Дима.
- Что-что, угробили девку. Я же просил тебя поговорить с ней! – грозно посмотрел на нас Василий Иванович. Мы как школьники потупили взгляды.
- Она будет жить? – робко спросил я.
- Теперь даже я этого не могу спрогнозировать, - нахмурился доктор. – У нее была высокая температура, что привело к остановке сердца, мы его завели. Но надолго ли.. проблема в том, что она ничего не делает для того чтобы выкарабкаться. Сейчас мы ввели ее в медикаментозную кому.
Мы в недоумении уставились на Василия Ивановича.
- Кома? Это значит, что она может остаться инвалидом? – испуганно спросил я.
- Чего вылупились? Женя, ты в каком веке живешь? А рос ведь таким смышлёным мальчиком. Мы ввели ее в кому, чтобы защитить мозг от влияния температуры и остановки сердца, чтобы не допустить оттек мозга. Но не это опасно, а то что она не борется за свою жизнь, жить не хочет. Ладно, некогда мне с вами лясы точить.
Василий Иванович развернулся чтобы уйти, но я тронул его за плечо:
- Что теперь с ней будет?
Врач вздохнул:
- Понаблюдаем в течении суток, если придет в себя, значит есть шанс. Все?
- Можно к ней?
- Нет. Дина в реанимации. Завтра приходи, если переведем в палату, значит можно будет ее увидеть.
Я сел на скамейку и обхватил голову руками.
- Ты не виноват, - Дима положил мне ладонь на плечо. – Ты же не знал о ее болезни.
