Мир был наполнен тысячью шорохов и запахов. Я чувствовала их, словно видела призрачные следы. Я отчетливо видела, как по тропинке час назад прошла девушка. Я словно видела ее! И это было что-то невероятное!
Словно след из запаха тянулся по тропинке. Были еще следы. Я видела след белки, которая перебежала через тропу с одного дерева на другое.
И тут показались домики. Это была деревня!
Я вспомнила сотни фильмов про оборотней, которые нападали на людей, и поняла, что деревня в опасности!
– Назад! Назад! – кричала я внутри, чувствуя, как у меня внутри все сжалось от мысли.
Я видела в темноте, но не так, как человек. И чувствовала голод.
– Стой, мать твою! – визжала я, понимая, что крадусь на лапах в сторону деревни. – Прекрати немедленно!
Но голод звенел внутри, словно колокол. А я раздвигала мордой кусты, что-то вынюхивала, высматривала. На мгновенье я представила себе, как за мной тянется кровавый след от ужасного преступления.
– Пожалуйста, не надо, – прошептала я, пытаясь что есть силы вернуть контроль над собой. Но у меня это не получалось.
Я кралась под покровом ночи к избушке на отшибе. В ней слышались голоса. Они были такие громкие. Послышался смех.
Кривая дверь была такой маленькой, и я кралась в ее сторону.
– Ты с ума сошла! – кричала я, пытаясь сконцентрироваться и увести себя подальше от людей.
Но за дверью снова послышались голоса, а я почувствовала вкусный запах. Он был таким, что у меня даже слюнки потекли. Чувство было такое, что после тяжелого рабочего дня добежала до холодильника.
– Я тебя по-хорошему прошу, – испугалась я.
И в этот момент я вломилась в чужой дом. Я видела, как люди вскочили с мест, а потом наступила темнота.
– Гляди-как жрет, скотина, – послышался голос в темноте.
– Я тебе говорил, что с волками что-то не так, пап! – послышался еще один голос. – То красную шапочку ищут, то похлебку вон как наворачивают!
Я открыла глаза, видя двух изумленных мужиков и свой нос, который нырял в огромный котел. Ом-ном-ном!
– Нет, гляди, жрет и не краснеет, – послышался голос за спиной.
– Рррр, – прорычала я, разжевывая капусту.
– Ты гляди! Рычит еще на нас! – снова послышался голос.
– Это что, Сигурд? – спросил второй голос.
– Тот покрупнее. Это что-то помельче! – задохнулся голос. Я уже выловила что-то похожее на картошку, снова опуская нос в котелок. Я его еще лапами придерживала. И так задорно чавкала.
– Нет, главное, бать, он влетает! Я так пересрал! – выдохнул голос за спиной. – Он меня опрокинул. Ну все, думаю. Конец мне! А он к похлебке бросился!
– Может, тебе еще хлеба дать? – спросил второй голос. И мне в похлебку полетел хлеб. – С хлебом жри, чтобы второй раз так не врывался.
Опять пауза. А я все ела. Бессовестно, почти не отвлекаясь.
– Кому рассказать – не поверят, – послышался голос. – Оборотень похлебку с хлебом наминает. – На еще! Ни стыда ни совести!
Стыдно, но вкусно! Я обернулась, глядя на почти седых хозяев жилища. Это были те самые отец и сын, которых мы повстречали в лесу.
– Бать, сказать, что там мяса нет, – негромко произнес предположительно сын. Потому что сейчас они мало отличались.
– Да молчи ты, иначе еще нас сожрет! – шикнул на сына отец.
Я снова принялась за похлебку, а потом долизывала котелок и вокруг него.
– А больше ничего нет, – развел руками отец.
Я чувствовала себя сытой и довольной. Позорище. Оборотень – веган!
Снова наступила темнота. Я очнулась, убегая из деревни. Мир был наполнен запахами и деталями. Я видела, словно призраки животных, как вдруг заметила зайца.
При виде меня заяц дал стрекача. Я бежала за ним, умоляя себя не убивать зайчика. В животе булькала похлебка.
Глупый заяц набирал скорость, я тоже поднажимала. Что будет, когда я его догоню?
У зайца проснулся мозг, и он свернул в чащу. У меня мозг существовал отдельно от тела. Вот еще чуть-чуть, и я его догоню.
Зайца я догнала. Перепуганный зверек исчез в моей пасти, а я тут же выплюнула его. Заяц был живой, но мокрый. А я стала его вылизывать.
У зайца впечатлений на всю оставшуюся жизнь. Я его потискала и отпустила. Заяц смотрел на меня так, словно мир больше прежним не будет. Но убежал.
Я свернула в сторону, как вдруг под лапами что-то засветилось.
– Попался! – послышался голос, а я обернулась, видя целую группу мужиков, надвигающуюся на меня. – Магическая ловушка отлично работает!
Я попыталась бежать, но не смогла. Мое тело и так металось, но я чувствовала себя, словно мухой в банке.
– Гляди, какая шкура! – усмехнулся один из них. – За такую аристократишки дорого дадут!
– На магию ловить проще! – согласился второй, а я скалила зубы. – Шкура целее… А тут вон какая! Белоснежная…
– Ты гляди, какая морда! Окровавленная! Сожрал кого-то небось! – усмехнулся третий. – Ууу! Зверюга кровожадная!
– Это не то, о чем вы подумали! Это похлебка! Она на борщ похожа! – крикнула я, но меня никто не услышал. Я бросалась на границы круга, но меня тут же отмечало обратно.
– Так, давай аккуратненько, – усмехнулся первый. – Так, чтобы шкуру не попортить! Давай его магией!
Я запаниковала, понимая, что это охотники. Те самые, о которых говорили оборотни.