— Человека…кхм, — тарелка чуть не улетела на пол, и он поставил ее на стол. — Она дочь того, кто… — Джаред запустил пятерню в волосы, откидывая челку назад.-…кто подложил бомбу в ваш дом.
Воздух вылетел из моих легких.
— И ты…ты привел ее
— Она ничего не подозревает, — теперь он засунул руки в передние карманы джинсов, и темные волосы тут же упали ему на глаза. — Она здесь ни при чем. И думаю, что и ее отец даже не знает, что сделал.
— Не знает, что сделал…? — мой голос опустился до низкого шепота, когда я вплотную приблизилась к нему. — Что значит «не знает»?!
— Он простой грузчик, — процедил свозь зубы Джаред. — Нам просто нужно узнать, кто сказал ему принести бомбу…
— В мой дом? И взорвать его? Так?!
— Нет! Он только доставил посылку, и с помощью Аби мы сможем выкрасть его книгу заказов.
Я молчала, вглядываясь в его лицо. Дверь в кухню распахнулась.
— О, Боже! — Абигейл застыла на пороге, с интересом глядя на нас. — Я помешала?
— Да, — прошипела я, но так, что кроме стоящего в нескольких сантиметрах Джареда, меня никто не услышал.
— Нет, Аби, мы просто не можем выбрать какой чай пить: зеленый или черный, — выкрутился Джаред, повернувшись к девушке, а потом снова посмотрел на меня. — Да, Джессика?
— Я предпочитаю сок, — выдавила я, ринувшись к холодильнику, уткнувшись в который, смогла скрыть пылающее лицо.
Абигейл сказала что-то про пользу зеленого чая, и парочка ушла. Как только дверь за ними захлопнулась, я, недолго думая, выпрыгнула в окно. Конечно, кончать жизнь самоубийством я не собиралась — знала, что от кухонного окна до земли лишь полтора метра, а проходить мимо гостиной, в которой меня бы наверняка заставили бы остаться, не было никакого желания. Как только мои ноги коснулись земли, я захлопнула окно и покинула двор, не думая о маршруте. Просто мне было необходимо проветриться.
Я сидела на любезно предоставленном служителем кладбища складном стуле и пыталась собраться с мыслями, ведь где найдешь более тихое и спокойное место. Нет, конечно, здесь было жутко, и я никогда не понимала людей, остававшихся на кладбище ночью, например, в Хэллоуин. Единственными свидетелями моего присутствия были птицы, сидевшие на огромном дубе. Поэтому, когда на соседний надгробный камень упала чья-то тень, я резко вскинула голову.
— Я думала, мы встречаемся в кабинете директора, — мой тон ясно свидетельствовал о том, что меня совершенно не прельщает шанс провести вечер в его компании, но Дилан подошел ближе, на нем была утренняя одежда: темные джинсы, белая футболка и полностью расстегнутая клетчатая рубашка.
— Джаред написал — просил удостовериться, что с тобой все в порядке, — парень вальяжно уселся прямо на траву, мне очень захотелось ему сказать, что он не на пляже, чтобы так сидеть, но мое раздражение вылилось в желании понять, что происходит.
— А тебе какое дело?
Дилан откинулся назад, опираясь на ладони, и поджал губы.
— Собственно… — протянул он. — Никакого.
— Тогда, что ты здесь делаешь? — я потихоньку начинала закипать.
— Я уже сказал — меня позвал Джаред, — у Дилана было такое лицо, будто он устал объяснять очевидное.
— Почему ты его слушаешь? — я ничегошеньки не понимала. — Если тебе все равно.
Дилан пожал плечами, печально улыбаясь.
— Что ж…Я готов умереть за него, почему бы не выполнить простую просьбу?
— Ты, наверное, забыл, что он недавно тебя пристрелил, — напомнила я, но он покачал головой.
— На мне был бронежилет.
— Почему ты доверяешь ему? — спросила я и под нос добавила. — И почему он доверяет тебе?
Дилан, не отвечая, закрыл глаза, позволяя мне беззастенчиво его разглядывать. Мой взгляд прошелся по его телу и скользнул на лицо, на котором застыло умиротворенное выражение. Я посмотрела на прямой нос и вернулась к расслабленно приоткрытым полным губам.
— Не может быть… — вырвалось у меня, и парень распахнул свои карие глаза, вопросительно взглянув на меня.
Я изумленно продолжала его разглядывать, примечая мельчайшие подробности, одновременно поражаясь абсурдности мысли, пришедшей в мою голову, однако, все казалось очевидным.
— Ты…и Джаред… — я не смогла заставить себя договорить, мой взгляд снова опустился на его губы, которые теперь растянулись в знакомой улыбке. — Вот блин.
Дилан рассмеялся, и я прижала руку ко рту. Теперь все становилось на свои места: и безоговорочное доверие парней друг к другу, и их обоюдные колкости.
— Меня усыновила другая семья, — наконец, пояснил Дилан, перестав смеяться, но улыбка продолжала сверкать на его загорелом лице.
— Серьезно? Вы — братья? — когда я озвучила свою мысль вслух, она показалась еще более бредовой, но Дилан кивнул.
— Моя мать умерла вскоре после моего рождения, отец нас бросил, и меня с Джаредом отправили в приют.
— Невероятно, невероятно… — бормотала я, недоверчиво уставившись перед собой.
— Кстати, ты — первая, кто догадался, — будничным тоном продолжил Дилан.
