– Спасибо, Кэндис.
Я открыл дверь, пропуская вперед Ронни, а сам вошёл следом и закрыл её за собой. Мы направились к свободным креслам и заняли свои места. Теперь я мог получше разглядеть другого зачинщика драки, и мне трудно было поверить в происходящее. Ронни не врал – парень действительно был гораздо выше него, вот только лицо его было полностью разукрашено всевозможными кровоподтёками и ссадинами, а над виском можно было заметить вырванный клок волос. Ронни же сидел как ни в чем не бывало со своим одиноким фингалом под глазом, привычно потупив взгляд вниз. Я перевёл взгляд на маму другого парня. Она заметно нервничала или была раздражена. Мне казалось, я могу понять её чувства. Я бросил быстрый взгляд на Алана, но тут же отвёл его, боясь рассмеяться – меня всегда забавляло, когда он строил из себя сурового Директора. Делал он это профессионально, но я знал его мягкую натуру, поэтому для меня это смотрелось комично.
– Этот ненормальный набросился на меня ни за что! – вдруг резко сказал парень, указывая пальцем в сторону Ронни.
– Мистер Уокер, это правда? – спокойно спросил Алан и взглянул на Ронни из-под очков.
Ронни бросил на меня быстрый взгляд, и я кивнул:
– Нет, он приставал к очкари… – я легонько шлёпнул его по колену, и он поспешил исправиться, – мальчику с плохим зрением, требуя от него, чтоб тот поделился домашним заданием.
– Опять за старое?! – вскрикнула мать парня, вскакивая на ноги, – ну всё, молодой человек, с меня хватит! Завтра уходишь в армию. Чего сидишь? Пошли.
– Подождите, подождите, – попытался Алан остановить женщину, но она только помотала головой, утаскивая сына в сторону двери, который явно был готов заплакать.
– Нет-нет, – сказала она, натянуто улыбнувшись, – всё в порядке, господин Директор, спасибо за уделённое внимание.
И вскоре нас осталось трое в кабинете. Оказывается причиной её раздражительности был вовсе не проступок Ронни, а поведение её сына. Я встал с кресла и облокотился на край дубового стола Алана, смотря на Ронни сверху вниз. Он всё еще озадаченно смотрел в сторону двери.
– У тебя пара через две минуты, – я слегка пнул по ножке его стула, выводя из ступора.
Он бросил на меня многозначительный взгляд, поднял рюкзак и поспешил из кабинета:
– Господин Директор, – попрощался он с Аланом и закрыл за собой дверь.
– О. Мой. Бог, – сказал я, повернувшись к Алану, и округлил глаза.
– Я знаю, – поднял брови он.
– Лицо бугая?… – ошеломленно ухмыльнулся я.
– Я знаю, – кивнул он.
– А Ронни… – я вскинул руку, указывая на маленький рост Ронни.
– Я знаю, – выдохнул он, – ты был прав, мальчик и правда особенный. Вот только, помнится, кто-то заверял меня, что с ним не будет проблем.
– Да я сам в шоке, – положил я руку на лоб и потёр его.
– Я слышал, что их вчера пришлось аж двум преподам разнимать.
– Ты серьёзно? – я невольно начал расплываться в улыбке, – скажи, Алан, это плохо, что я испытываю какое-то непонятное чувство гордости?
Он развёл руками:
– Если честно, даже я немного чувства гордости сейчас испытал.
– Что ты делаешь в эту субботу? – спросил я, серьёзно взглянув на него.
– А что? – он посмотрел на меня.
– Давай поужинаем, а? Приедешь ко мне с Евой, мы с Ронни накроем на стол. Посидим, пообщаемся. Что скажешь?
– Не знаю, Сид, – помотал головой Алан, – предложение заманчивое, но я не знаю как будет чувствовать себя Ева…
– Старый ты зануда, – перебил я его, – и сейчас просто прикрываешься ею. Хотя сам знаешь, как она будет рада выбраться из четырёх стен.
– Чёрт с тобой, – прокряхтел Алан, – в субботу, так в субботу.
Ронни отнёс тарелки и приборы в столовую. Потом вернулся и с сомнением посмотрел на духовку, где запекалось мясо по моему фирменному рецепту:
– Ты уверен в том, что это будет вкусно?
– Что за недоверие? – возмутился я.
– Да-да, – замахал рукой он, – “талантливый человек талантлив во всём”, я помню. Вот только посмотри, как неровно отрастают волосы у меня на затылке.
Он демонстративно повернулся ко мне спиной и наклонил голову.
– Всё там ровно, – заверил я его, хотя невооруженным глазом было заметно неровную полосу чуть длинных волос, выбивавшихся из общей массы. Надо будет его к нормальному парикмахеру сводить.
– Ну ничего, – он достал из шкафчика бокалы для вина, – я побольше овощей приготовил.
И снова ушел в столовую. А когда вернулся, спросил меня:
– А как вы с Аланом познакомились?
– Он был моим научным руководителем в институте, – пожал плечами я, – правда сперва наше знакомство не задалось.
– Вот как? – удивился Ронни.
– Ага. Он был жутким снобом, а я заносчивым юнцом.
– Что же заставило вас подружиться?
– Наука, – я посмотрел на Ронни, он внимательно слушал меня, – он объективно был самым умным преподом в университете. Но желающих попасть к нему было немного из-за его характера, а я рискнул. И он оценил это. С этого всё и повелось.
– Интересно, – протянул он, – с виду он не кажется снобом.
– Он очень сильно изменился, когда познакомился с Евой. Она как настоящий кондиционер для белья, - я ухмыльнулся своему сравнению, – сделала его мягким и пушистым.
