— Ни единого шанса. — Хмыкает Мария.
— Вот именно… только не говори нам, что он не заставил тебя кончить. Черт, бывает, что от одного взгляда на него я почти кончаю, — говорит Шанталь с ухмылкой.
Не знаю почему, но мне не нравится, что она так говорит о Вульфе. Я не имею на него никаких прав после одного оргазма. Ладно, одного
Мое лицо морщится, когда я в очередной раз пытаюсь понять, что же такого в нем было, что заставило меня оставить все ценности и моральные принципы, которыми я горжусь, за дверью его спальни.
Мария замечает выражение моего лица и начинает смеяться.
— Я же говорила.
— О боже. — Я обхватываю голову руками. — Никогда больше. Встретиться с ним сегодня вечером будет унизительно, — говорю я им, стягиваю у Лейлы кусок бекона и начинаю нервно его грызть.
Лейла протягивает руку и хватает меня за предплечье.
— Эй. Выкинь это из головы, — говорит она и шлепает меня по руке.
Я киваю, как нервная школьница.
— Ты не какая-то безвольная женщина, которую обманом заманили к Вульфу. Если он тебе понравился, это нормально. Если я все правильно поняла, а я, кстати, знаю, что так оно и есть, прошлым вечером ты тоже не сводила с него глаз. Это было горячо, что бы ни произошло дальше…
— Ее действительно хороший оргазм, которого у нее точно не было. — Эмбер хихикает.
Я смотрю на нее и улыбаюсь, признавая свое поражение. Эти девушки такие свободные, и, хотя я к этому не привыкла, это даже приятно, что мне не нужно постоянно чувствовать себя виноватой или пытаться быть «лучше», потому что мне кажется, что кто-то ожидает от меня большего. Приятно быть собой, несмотря на ошибки и все такое.
— Это было очень, очень хорошо, — говорю я, и все четыре девушки истерически смеются.
— Ты это заслужила. Можешь не беспокоиться, все нормально. Он не из тех, кто заводит отношения, я же говорила тебе. Это не будет проблемой, — говорит Лейла.
— Черт, тебе повезет, если он вообще вспомнит твое имя, новенькая. — Шанталь хмыкает. Меня это немного задевает, хотя я и сама это понимаю. Но чего я могу ожидать, когда с такой легкостью отдала ему свое тело?
— Ты придешь на мою свадьбу. Я вижу это выражение на твоем лице. Не думай, что ты сможешь отвертеться. Я хочу, чтобы ты была там, и это не случайность, что ты сейчас дома, Брин. Давай потанцуем, повеселимся, и, может быть, ты вернешься в свою комнату одна, а может, и нет. Но здесь, — Лейла обводит рукой всех девушек, — Зона, свободная от осуждения. Что с того, что ты немного замутила с Вульфом? Смирись с этим. Иди домой, прими душ, ради Бога, приведи себя в порядок, от тебя несет водкой. Я пойду к алтарю на закате, — радостно говорит она, откусывая кусочек тоста.
Я смеюсь, чувствуя себя, как ни странно, лучше.
Глядя на Лейлу, я понимаю, что она права. Впервые в жизни единственный человек, перед которым я должна объясниться этим утром, — это я сама.
— Смириться, — повторяю я. — Ерунда, ничего особенного?
— Именно. Ты справишься, — подтверждает Лейла. — Веди себя так, будто это ему повезло, что он довел тебя до оргазма. — Она подмигивает и смеется. — Делай то, что хочешь, Брин. Перестань корить себя.
— Ладно, да, такая ошибка — это нормально, пока я извлекаю из нее уроки. — Я мысленно съеживаюсь, потому что говорю прямо как моя мать.
— Или не извлекай и просто радуйся, что тебе было хорошо. — Лейла ухмыляется, запихивая в рот яичницу.
Мой телефон пикает, и я вижу, что такси на месте. Я улыбаюсь им и обнимаю Лейлу, прощаясь с остальными девушками, а затем хватаю кусок бекона.
— Эй, Брин, ты должна выглядеть сексуально, — бросает она через плечо, когда я направляюсь к двери. — Заставь его съесть свое сердце. У тебя есть киска. У тебя есть сила, — кричит Лейла слишком громко, учитывая количество людей, собравшихся вокруг.
Мои щеки становятся ярко-розовыми, когда я выбегаю из дверей клуба под проливной дождь и ныряю на заднее сидение такси. Я приветствую водителя и вздыхаю с облегчением, когда он, развернувшись, начинает двигаться. Последнее, что я вижу перед тем, как мы выезжаем в ворота, — это Вульф, выходящий из черного «Dodge Ram» вместе с Робби, который держит поднос с кучей больших кофейных чашек.
Вульф смотрит прямо на меня.
Очевидно, что я убегаю с места преступления, и мне хочется умереть медленной смертью от смущения. Я откидываюсь на спинку сидения.
Это определенно плохое решение, возможно, самое худшее, которое я могла принять в данный момент своей жизни. Но что-то в том, как он смотрит на меня, заставляет меня желать его.
Снова и снова.
Габриэль
Я снимаю маску и осматриваю смесь красок, которую только что проверил Кай. Это для бензобака Харлея, на который я вручную наношу рисунок в виде шестиугольников. Мы приехали в гараж, чтобы сделать это до того, как заберем Гатора, когда его охрана оставит его ради субботней шлюхи. То, что мы планируем провернуть сегодня, не совсем обычно, но иногда грань между моим легальным бизнесом и повседневными делами клуба размывается.
